Иск на невозможное отцовство

- Думаю, какой ты классный, - отвечаю с долей шутки.

С долей.

- Какие правильные мысли с утра.

В его тоне тоже частичка иронии. А вот сгребает в объятья он меня вполне без шуток. Плотно прижимает к своему боку, и я думаю, сейчас мужчина захочет большего. Оглядываюсь на Тимошку. Ребенок точно проснется.

Но Антон внезапно не идет дальше. Просто укладывает меня на своей груди. Прижимает к ней щекой. Я могу слышать биение его сердца. Оно звучит учащенно, но очень жизнеутверждающе. Как будто обещает - я здесь, и все будет хорошо. Мне хочется ответить тем же. Глажу ладонью его крепкие мышцы.

- Мне нравится думать о тебе, - говорю немного странную вещь, - и что теперь не нужно себе это запрещать.

- Не отказывай себе в удовольствиях.

Мы оба смеемся.

- А ты о чем думаешь? - приподнимаюсь и вскидываю бровь.

- Прикидываю, - Троицкий щурится, - будешь ли ты любить меня бедным. Ведь теперь я могу перестать быть трудоголиком. Меня будет тянуть вернуться сюда.

Ахаю. Но отвечаю, впрочем, со смехом.

- Считаешь меня меркантильной?!

Антон улыбается такой счастливой и открытой улыбкой.

- Нет, я вспомнил, что ты не такая, и успокоился.

- Ой, не подмазывайся, Троицкий.

- Не веришь в мое безграничное уважение?!

Он склоняется надо мной и с притворным гневом начинает осыпать поцелуями. Вернее сказать, покусывает то шею, то ключицы. Достается даже животу. Ко всему прочему мужчина щекочется. Я хохочу и, конечно же, бужу ребенка.

Ладно, сегодня можно похулиганить.

Глава 12

Антон

Понимаю, жизнь семьи не может быть постоянным праздником. И мы еще будем ходить на цыпочках, чтобы ребенок как можно дольше поспал. Но в первые дни сами ведем себя как дети.

Не считая, конечно, тех взрослых удовольствий, к которым мы получили полный доступ. Тут у нас как будто открылось второе дыхание. После разлуки мы быстро «вспомнили» друг друга и сломали барьеры. В то же время близость заиграла новыми красками. После потери желание стало ярче. А некоторая ограниченность во времени и поиск мест кроме спальни, где спит ребенок, внесли новую остроту.

Но выбираться нам пришлось не только из спальни, но и из квартиры в целом. Выходные закончились. Хоть я и шутил, что не захочу выходить из дома. Да, я действительно не так уж хочу! Но жизнь диктует свои правила.

- Все-таки будем каждый раз возить его к Зое? - уточняю у Карины и тут же получаю строгий взгляд.

- А как еще, Антон? Думаешь, мне нужно бросить работу?

Положа руку на сердце, я был бы не против. Может быть, я старомоден. Может быть, мужчину наоборот должны привлекать и будоражить независимые женщины. Но меня волнует только одна, и если бы она осела дома, я бы не расстроился точно.

- Если вдруг ты захочешь.

Сейчас она любую фразу может воспринять как давление.