Хотел отвлечь на нее внимание дракона. Хорошая идея и почти сработала: яйцо-то он схватил, но дракон в последний момент предпочел собаке человека и обжег его. К счастью, Диггори успел увернуться. Эта Флер применила какие-то чары, сумела погрузить дракона в транс. Он оцепенел, но вдруг всхрапнул, и из пасти вырвалось пламя. Юбка Флер вспыхнула, но она залила огонь водой из волшебной палочки. Крам, не поверишь, ему даже в голову не пришло взлететь! Но, наверное, он второе место займет. Он каким-то заклятием засветил дракону прямо в глаз. Все было хорошо, только чудище заметалось от боли и передавило половину настоящих яиц.
Они подошли к краю загона, и Рон перевел дыхание. Хвосторогу увели, и Гарри увидел пятерых судей. Они восседали в дальнем конце, на вышке, задрапированной золотой тканью.
— Судьи оценивают чемпионов по десятибалльной шкале, — пояснил Рон.
Гарри скосил глаза и увидел, как первая судья — мадам Максим — подняла в воздух палочку. Из нее выскочила длинная серебристая лента и нарисовала большую цифру восемь. Зрители зааплодировали.
— Неплохо! — сказал Рон. — Думаю, она сняла два очка из-за царапины.
Следующим был мистер Крауч. Он дал Гарри девять баллов.
— Здорово! — воскликнул Рон, похлопав Гарри по спине.
Дамблдор тоже очертил в воздухе девятку. Зрители ликовали еще пуще.
Людо Бэгмен поставил все десять.
— Десять? — не поверил Гарри. — Я же получил травму… К чему это он?
— Не жалуйся, Гарри, — восторженно крикнул Рон.
Каркаров был последним. Помедлив, он взмахнул палочкой, и серебристая лента приняла очертания цифры четыре.
— Четверка?! — заорал Рон. — Гнусный судьишка! Краму все десять выставил!
Но Гарри только махнул рукой.
По дороге в школу их догнал Чарли Уизли.
— Вы с Крамом заняли первое место, Гарри! — сказал он. — Я побежал, надо послать маме сову. Я поклялся ей подробно все описать — это было что-то невероятное! Да, меня просили тебе передать, чтобы ты вернулся на несколько минут.
Рон обещал подождать, и Гарри вернулся в палатку. Теперь в ней витал дух гостеприимства. Гарри сравнил единоборство с хвосторогой и долгое мучительное ожидание перед этим. Ничего общего, последнее в тысячу раз хуже.
Флер, Седрик и Крам вошли все вместе. У Седрика одна сторона лица была густо намазана оранжевой противоожоговой мазью.
— Молодец, Гарри, — улыбнулся он.









