Один только спуск должен был напугать ребятишек до смерти, ты не находишь?
Гарри поднял взгляд на обрыв и почувствовал, как по коже побежали мурашки.
— Но конечная его — и наша — цель лежит немного дальше. Пойдем.
Дамблдор кивком указал на самый край скалы, цепочка неровных выемок образовала здесь опоры для ног, позволявшие спуститься к валунам, что лежали, наполовину утопая в воде, у самой стены обрыва. Спуск был опасным, Дамблдор двигался медленно — мешала обгоревшая рука. От морской воды камни внизу были скользкими. Гарри ощущал холод соленых брызг, ударявших ему в лицо.
— Люмос, — произнес Дамблдор, едва добравшись до ближайшего к обрыву валуна.
Тысячи крапин золотистого света заиграли на плескавшейся несколькими футами ниже его ног темной воде, озарив черную скальную стену.
— Видишь? — негромко спросил Дамблдор, поднимая повыше волшебную палочку. И Гарри увидел в обрыве расщелину с бурлящей в ней темной водой.
— Ты не против того, чтобы немного помокнуть?
— Нет, — сказал Гарри.
— Тогда снимай мантию-невидимку здесь она ни к чему, и давай окунемся.
И Дамблдор с неожиданной для седовласого волшебника живостью соскользнул с валуна, плюхнулся в воду и, держа в зубах волшебную палочку, образцовым брассом поплыл к темной трещине в скале.
Вода оказалась ледяной; пропитавшаяся ею одежда липла к телу, норовя своим весом утянуть Гарри на дно. С силой дыша, отчего ноздри наполнялись едким запахом соли и водорослей, он плыл на мерцающий огонек, который уходил теперь все дальше в скалу.
Расщелина вскоре завершилась темным туннелем, во время прилива, как понял Гарри, целиком заполнявшимся водой.
"И вот он увидел впереди выходящего из воды Дамблдора, его серебристые волосы и черный плащ поблескивали во мраке. Добравшись до этого места, Гарри ощутил под ногами ступеньки, ведшие к большой пещере.
Дамблдор стоял в середине пещеры, высоко подняв волшебную палочку, и медленно поворачивался вокруг своей оси, оглядывая стены и потолок.
— Да, место то самое, — сказал он.
— Откуда вы знаете? — шепотом спросил Гарри.
— Здесь совершалось волшебство, — просто ответил Дамблдор.









