— Но наша маленькая кудесница, — Рита опустила перо и волком глянула на Гермиону, — конечно, не захочет, чтобы это напечатали?
— Наоборот, — нежным голосом проговорила Гермиона, — именно этого ваша маленькая кудесница и хочет.
Рита удивленно уставилась на нее. Гарри тоже. Полумна же рассеянно напевала вполголоса «Уизли — наш король» и помешивала свой напиток коктейльной луковицей на палочке.
— Ты хочешь, чтобы я опубликовала его рассказ о Том-Кого-Нельзя-Называть? — тихо спросила Рита у Гермионы.
— Да, — сказала Гермиона. — Подлинную историю. Все факты. В точности так, как сообщит их Гарри.
Не сводя глаз с Гермионы, Рита промокнула салфеткой свой заношенный плащ и сказала прямо:
— «Пророк» этого не напечатает. Ты, возможно, не заметила, но его россказням никто не верит.
"— Нам не нужна еще одна история о том, что Гарри спятил! — отрезала Гермиона. — Благодарю, с нас хватит! Я хочу, чтобы ему позволили сказать людям правду!
— На такую историю не будет спроса, — сухо сообщила Рита.
— Вы хотите сказать, «Пророк» не напечатает ее, потому что не позволит Фадж? — с досадой спросила Гермиона.
Рита ответила долгим холодным взглядом. Потом наклонилась к ней через стол и заговорила деловито:
— Да, Фадж оказывает нажим на газету, но не в этом суть.
— Значит, «Ежедневный пророк» считает нужным говорить людям только то, что они желают услышать? — язвительно спросила Гермиона.
Рита выпрямилась, подняв брови, и одним глотком осушила стакан.
— «Пророк» считает нужным, чтобы его покупали, глупенькая.
— Папа говорит, что это жуткая газета, — неожиданно вмешалась в беседу Полумна.
Рита посмотрела на нее пренебрежительно.
— Надо думать, твой папа держит какую-нибудь захудалую деревенскую газетенку? Типа «Двадцать пять способов завязать сношения с маглами» с датой следующей распродажи «Приноси и улетай».










