22
0Как именно убили Диггори, он не сказал, а нам хотелось бы знать…
— Если вы пришли послушать, как именно убивает Волан-де-Морт, то ничем не могу быть полезен, — сказал Гарри. Нервы его последнее время были на пределе, и сейчас он опять вспылил. Он избегал смотреть на Чжоу и не сводил глаз с агрессивного лица Захарии. — Не хочу говорить о Седрике Диггори, ясно? Так что если ради этого явились, можете убираться.
Он рассерженно взглянул на Гермиону. Это она виновата: решила сделать из него какое-то чудо-юдо, и все повалили слушать диковинную историю. Однако никто не ушел, даже Захария Смит, хотя продолжал недоверчиво смотреть на Гарри.
— Так вот, — сказала Гермиона тонким голосом, — я говорю: если хотите учиться защите, тогда надо решить, как мы это устроим, как часто будем встречаться и где.
— Это правда, что ты можешь вызвать Патронуса? — спросила девочка с длинной косой.
Заинтересованный шепоток среди слушателей.
— Да, — с некоторым вызовом сказал Гарри.
— Телесного Патронуса?
У Гарри что-то шевельнулось в памяти.
— Ты, случайно, не знаешь мадам Боунс? — спросил он.
Девочка улыбнулась:
— Она моя тетя.
— Да.
— Елки! — воскликнул Ли. — А я и не знал!
— Мама велела Рону не болтать об этом, — объяснил Фред, улыбнувшись Гарри. — Сказала, что ты и так не обделен вниманием.
— Это точно, — буркнул Гарри, и кое-кто засмеялся.
Колдунья в вуали чуть передвинулась на стуле.
— И ты убил василиска мечом из кабинета Дамблдора? — спросил Терри Бут.
— Ну… убил, да.
Джастин Финч-Флетчли присвистнул, братья Криви обменялись испуганно-восхищенными взглядами, а Лаванда Браун тихо сказала: «Ух».
— А на первом курсе, — объявил Невилл, — он спас филологический камень от…
— Философский, — прошипела Гермиона.
— Да, от Вы-Знаете-Кого, — закончил он.
Глаза у Ханны Аббот сделались круглыми, как галеоны.
— Не говоря уже о всех заданиях, с которыми он справился на Турнире Трех Волшебников в прошлом году, — сказала Чжоу. (Гарри невольно взглянул на нее — Чжоу смотрела на него и улыбалась, его желудок снова сделал сальто.
Пронесся почтительный шумок. Гарри внутренне сжался. Он изо всех сил старался придать лицу такое выражение, чтобы оно не показалось самодовольным. Из-за ее похвалы ему стало гораздо труднее сказать то, что он должен был сказать непременно и даже дал себе в этом клятву."
"— Слушайте, — и все сразу смолкли. — Я не хочу изображать тут скромность и вообще ломаться… но мне очень сильно во всем этом помогали.
— С драконами — нет, — живо откликнулся Майкл Корнер. — Ты шикарно летал.
