Иного решения нет

– Неужели мы похожи на предателей? – вскипел Шаман, обходя Вахида и становясь между ним и боевиком. – Или русских?

– Нет, – спокойно ответил боевик. – Но кто даст гарантии, что вы не из полка Кадырова или Ямадаева?

– Я понял тебя. – Шаман сделал вид, что остыл, и отошел в сторону.

Они направились в соседний двор. Сюда только что вошел старик, которого они видели у ручья.

– Отец, можно остановиться у тебя до утра? – Вахид обернулся назад, словно убеждаясь в том, что Иса и Шамиль по-прежнему рядом. – Мои люди устали и готовы заплатить за покой…

Двор располагался под большим уклоном. Остановившись посреди него, старый чеченец посмотрел на Вахида сверху вниз и осуждающе вздохнул:

– Откуда ты родом и как твое имя?

– Из Курчалоя, – ответил Вахид. – Зовут Ваха Закаев. Мой отец до войны был ветеринаром.

– Ты не успел войти в мой дом, а уже сделал много ошибок, недостойных чеченца. – Старик, задрав голову вверх, посмотрел на несущиеся по небу низкие облака, словно пытаясь увидеть на них наездников, затем вновь перевел взгляд на гостей. – Даже не поздоровался. Или если у тебя оружие, можно не соблюдать приличий? Обидел тем, что предложил деньги горцу. Оставишь столько, сколько посчитаешь нужным, когда будешь уходить. А теперь иди, – он указал рукой в сторону похожего на крепость сооружения."

"Вахид сделал лицо виноватым и направился к входу. За время редких командировок на родину он уже стал забывать нравы людей, живших в горах. Это в равнинной части с тобой начнут торговаться о цене, а здесь так не принято. Даже образ жизни этих людей другой, как и философия. Они больше походят на монахов-отшельников.

Во дворе, под навесом, была сложена из камней печка. Спросив разрешение хозяина, Иса направился искать дрова, а Шамиль вынул из рюкзака кусок просоленного мяса и стал его резать на кусочки. Вахид спустился к ручью, набрал чайник и небольшой котелок воды.

Иса пришел спустя час. Почти стемнело, и Вахид уже начал волноваться:

– Почему так долго?

– Во всем ауле дрова словно ветром сдуло, – удивленно хмыкнул он, бросая к ногам вязанку хвороста. – Пришлось идти далеко вниз, вдоль ручья. Там за зиму почти все вырубили. Вот, кое-как нашел…

Вахид только сейчас обратил внимание, что во дворе, сразу за печью, в оборудованном под дровяной сарай помещении нет ни одной ветки. Тем не менее о присутствии там совсем недавно дров говорили свежие отпечатки следов на пыльном полу и мусор в виде обрывков коры и мелких веток. Он прошел в дом и заглянул в печь, установленную в комнате. Она полностью была забита золой, а уложенные на железную поверхность огромные булыжники еще хранили тепло.

– Сегодня я сжег последние запасы, – голос бесшумно вошедшего старика заставил Вахида вздрогнуть.