Иного решения нет

Внешние признаки, со слов «Наставника», – назвал он Айдаева псевдонимом, придуманным накануне при обсуждении деталей операции, – порошок грязно-желтого цвета в стеклянных ампулах. Я думаю, по пять кубов каждый. Старик говорит, таких штучек в контейнере около трех десятков. Изъят за сутки до нашего появления лично Хаяри. Меня хотят использовать в качестве террориста в Москве. Больше ничего установить не удалось. Конец связи.

Вернувшись спустя полчаса в дом, Джин убрал коврик. Старик, словно изваяние, сидел у стола, перебирая четки.

Раздевшись по пояс и взяв полотенце, Джин направился во двор. Шевади что-то крикнул в комнату племянницы, и через минуту она нагнала Вахида. Из-под навеса, оборудованного рядом с крыльцом, девушка взяла алюминиевый кувшин и взглядом показала на небольшую канаву, тянущуюся через сад.

Подойдя к ней, Вахид нагнулся, протянув к девушке сложенные в пригоршню ладони.

– Я прошу дядю, – неожиданно заговорила она, поливая ему на руки, – чтобы он разрешил мне отправиться с вами. Я знаю, нужна шахидка. У меня большие счеты с неверными.

От ее слов Вахида охватила оторопь.

– Это твое право, – наконец выдавил он, беря из ее рук полотенце.

– На юге есть школа смертниц, – девушка говорила тихо. Было видно, что она боится. – Село Кортин-Юрт. Я знаю. Там у меня сестра. Ее мужа убили боевики за помощь русским. Детей забрала старшая сестра. Только никто не сможет привезти оттуда женщину до сегодняшнего обеда. А уезжать надо уже вечером. Я хорошо слышала разговор Хаяри с дядей. Араб сказал присмотреть кого-нибудь в окрестных селах. Но и так ясно, что это невозможно сделать за короткое время. Я сразу догадалась, что Хаяри желает отправить меня, но боится просить об этом дядю напрямую. Посоветуй ему отдать меня.

Когда девушка ушла, Вахид добрел до летней кухни и уселся на скамейку. В голове все перемешалось. Его поразил отчаянный шаг горянки, настойчивость, с которой та хотела умереть. Он даже на какое-то время чувствовал себя предателем собственного народа. Оглянувшись по сторонам, словно его мысли кто-то мог подслушать, Джин сокрушенно вздохнул.

На крыльцо вышел племянник старика:

– Нас ждут за селом…"

"Вахид впервые видел Аль Хаяри. При всех своих возможностях, ГРУ не собрало на него за последнее десятилетие никаких серьезных видеоматериалов. Он не позировал перед теле– и фотокамерами, избегал контактов с журналистами. Будучи в Европе, почти никогда не появлялся на светских раутах, где его могли запросто «срисовать». Человек на сделанных второпях снимках и старых фотографиях, добытых в архивах Университета дружбы народов, разительно отличался от того, кто вышел навстречу Вахиду из старенькой «Нивы», затормозившей на берегу почти пересохшего ручья.