Иного решения нет

– Это хорошее средство, – проследив за взглядом Джабраилова, успокоил старик. – Говорят, этого лекарства уже не выпускают. Зря, наверное.

Внешний вид Шамиля был поистине ужасающим. Разведчики постарались от души. Прострелив ему ногу, они день продержали его в отдельной палате медицинского отряда и, забрав, стали доводить до кондиции. Для начала ему запретили мыться и есть. Сытость сразу бросается в глаза. Ограничили в воде. От этого быстро побелели и потрескались губы. Все усугублялось температурой. Сняв наложенные врачами повязки и удалив следы мазей, Антон собственноручно извлек из патрона пулю и, вытряхнув на кончик ножа порох, прижег раны. После этого его безобразно забинтовали кусками собственной одежды. В общем, когда Шамиль оказался в доме старика, вид его был удручающим.

Сейчас, лежа на принесенном в комнату и брошенном в углу матраце, он слегка морщился, глядя, как с распухшей и почерневшей ноги родственница Шевади убирает смоченной в спирте ваткой грязь."

"– Рана не опасна, но запущена, – успокоил старик, когда племянница закончила бинтовать. – Пусть пару дней полежит.

– Что все это время мне делать? – удрученно вздохнул Вахид.

Оставив Шамиля, они вышли на улицу. Восток алел рассветом. С низин уходил туман.

– Я допустил одну ошибку, – заговорил Шевади. – Побоялся доверить тайну.

– Какую? – Вахид устало прислонился к столбу, на котором была установлена крыша летней кухни.

– Ты что-нибудь слышал о Хаяри?

– Конечно, – немного подумав, подтвердил Вахид. – Это хороший воин. Многие чеченцы желали бы воевать под его руководством. Но он берет в свои ряды только за большие заслуги.

– Вчера ночью этот человек был у меня, – ошарашил старик.

Вахид недоверчиво и даже с некоторой насмешкой посмотрел на него.

– Зря не веришь, – Шевади вздохнул и провел по лицу руками, отгоняя сон. – Я его духовный наставник. Скажу больше, ты можешь еще успеть встать в ряды его небольшой армии. И твой друг тоже. Некоторое время его отряд будет жить в селении рядом с границей Дагестана.

– А зачем он приходил к вам? – спросил Джин, пытаясь вложить в голос максимум недоверия и удивление известием. – Неужели, чтобы забрать то оружие, что мы прятали в садах?

– Нет, – Шевади покачал головой. – Он взял оружие, но не то, а намного страшнее. В крышке люка, закрывающей вход в мой подвал, который обыскивали русские, был спрятан чемодан ампул с заразной болезнью. Я плохо разбираюсь в этом и почти не обучен грамоте. Но она смертельна и была на вооружении еще в Советской армии. Ее оставили люди, приходившие ко мне в прошлом году. Они показали четки, когда-то принадлежавшие моему деду. Мы храним свои реликвии, и я узнал их. Эти люди сказали отдать чемодан тому, чье имя назовут, привезя их в этот дом окончательно.