Генерал без армии

Как вы собрались пробежать двести метров и остаться незамеченными?

– Гранаты к бою! – распорядился Глеб. – Не вставайте, бросайте в лес. Как дым поднимется, разбегаемся.

Идея была не лучшая, но в данном конкретном случае единственная. В лес полетели немецкие колотушки, советские «РГД» и даже одна «лимонка». Она весьма некстати отскочила от дерева и едва не вернулась обратно, впрочем, сработала, не добавила проблем, когда истекло время замедления.

– Ну что, еще по одной? – выкрикнул Никита.

Не теряя времени, бойцы добавили еще.

Опушку заволокло прогорклым дымом. Он мог продержаться не больше минуты, в принципе достаточно.

Немцы в лесу перестали стрелять, перекликались обеспокоенными голосами.

Разведчики пятились, не переставая стрелять, потом развернулись и помчались со всех ног. Двое прямо и направо, остальные влево, до ближайшей балки.

В горле у Шубина першило, он задыхался, ноги его путались. Глеб молил небо только об одном – не упасть.

В эту минуту каждый думал только за себя. Надо добежать, успеть, не подвести товарищей.

Длинноногий Максимка Бердыш вырвался вперед. Конкурировать с ним вообще было глупо.

Он в несколько прыжков добежал до балки, съехал на пятой точке. Шубин пришел вторым. Ноги его окончательно запутались, он катился, отбросив автомат, чтобы не получить по лбу собственным оружием. Прыгали остальные – Малинович, Пастухов, Глинский, – падали без сил, надрывно кашляли.

– А ну не шуметь мне тут! Всем сидеть и не издавать ни звука, – прохрипел Глеб, подхватил автомат, вскарабкался обратно, распростерся на краю балки.

Разведчики успели в самую тютельку!

Из дыма на опушке выскочили немецкие солдаты, строчили во все стороны, рассыпались, залегли.

Укрытий на склоне практически не было. Перебежал офицер, приземистый, породистый, с кобурой на поясе.

Утки улепетывали прочь, касаясь крыльями воды. Они наконец-то спохватились.

Костромин и Ситников уже находились под обрывом. Мелькнула голова на фоне водной глади. Немцы ее заметили, загалдели, открыли огонь. Ситников высунулся, выдал очередь и спрятался. Левее привстал Никита, выстрелил и покатился под откос. Ситников пробежал, пригнувшись, под обрывом, объявился правее, хлестнул очередью. Костромин совсем в другом месте оскалил рот, поливал врага свинцом.

Им действительно удалось создать видимость присутствия большого количества людей.

Немцы отвечали, но пока никого не зацепили. Офицер недоуменно вертел головой, осматривался. Видимо, удивлялся, почему вся группа русских побежала к озеру.

«А ведь он не знает, сколько нас, – понял Глеб. – Мы ведь прятались в лесу».

Шубин прижался к земле. Фрицы могли заметить его.

Впрочем, под огнем у этих вояк были несколько иные проблемы."

"На склон, отдуваясь, выбирались разведчики.