Герцог и я

А чего стоили редкие встречи с отцом? В его детскую голову приходили тогда мысли о смерти — ему не хотелось жить, он жалел, что когда-то имел несчастье родиться…

Воистину он находился в аду и начал из него медленно выкарабкиваться только с поступлением в школу Это был смелый, отчаянный поступок с его стороны, и, к счастью, он оказался успешным.

Разумеется, Дафна ни в чем не виновата, даже в том, что так настойчиво пытается расспрашивать о прошлом. Но сохранившееся с детства жгучее чувство стыда мешает ему рассказать обо всем, что было… Да, стыд и еще, наверное, гордость… Но хорошо ли это? Правильно ли?

Его руки невольно сжали чугунное литье ограды сада, словно он хотел раздавить чувство вины перед Дафной. Он отвратительно обошелся с ней. Вот чего нужно стыдиться!

— Саймон!

Ее присутствие он ощутил раньше, чем она его окликнула. Она подошла сзади, неслышно ступая по мягкой траве. Ему казалось, он слышит шепот ветра в ее густых волосах.

— Какие красивые розы, — сказала она.

Он понимал, что этими простыми словами она хотела улучшить его настроение, успокоить, сказать, что не держит на него обиды. Как же ему повезло — несмотря на свой нежный возраст, его жена оказалась умна — нет, — мудра не по годам! Как будто все уже знает о мужчинах, об их дурацких переменах настроения, об их отвратительной несдержанности.

— Мне рассказывали, эти розы очень любила моя мать, — произнес он. — Трогательно ухаживала за ними. Она умерла при моем рождении, — добавил он.

Дафна наклонила голову.

— Я слышала об этом. Как прискорбно.

Он пожал плечами:

— Я не мог знать ее.

Зачем он так сказал? Неужели он обвиняет и свою мать тоже? Но в чем? В том, что умерла и потому не смогла стать для него защитой от отца? Кто знает, быть может, она повела бы себя точно так, как и ее супруг?

— От того, что не знаешь матери, — услышал он слова Дафны, — потеря не становится меньше.

— Да, — согласился он. — Пожалуй, так.

Позднее в тот же день, когда Саймон отправился куда-то по делам поместья, Дафна подумала, что сейчас самое подходящее время поближе познакомиться с экономкой, миссис Коулсон. Хотя еще не было решено, какое из поместий они выберут своей основной резиденцией, Дафна не сомневалась, что в Клайвдоне ей придется бывать достаточно часто, а потому решила, как советовала мать, не откладывать в долгий ящик доверительную беседу с одной из главных персон в замке.

Она зашла к миссис Коулсон в небольшую комнату за кухней незадолго до вечернего чая и застала хозяйку, привлекательную даму лет пятидесяти, за составлением меню на предстоящую неделю.

— Миссис Коулсон? — произнесла Дафна, негромко постучав в растворенную дверь.

Экономка поднялась со стула.

— Миледи, — сказала она с поклоном, — вам следовало позвать меня.