2
0У меня прочная кожа, — он даже потеребил себя по толстым губам в доказательство. — Видишь? Толстенная, прочная. Так что, конунг, соглашайся или уходи.
Я медленно поднимаюсь, не торопясь, поправляю жилет-разгрузку, как будто этот разговор всего лишь очередной деловой обед, а не шантаж одного оборзевшего «пельменя»-переростка.
— Телеги с золотом — это хорошая идея, Пельмеж, — говорю я после паузы. — Вставай лагерем и жди. Я тебя найду.
Поворачиваюсь к выходу.
— До встречи, Пельмеж.
Он лишь ухмыляется, наблюдая за нами, пока мы покидаем шатёр.
На улице холодный ветер словно пытается стереть с моего лица следы напряжения. Светка идёт рядом, её плечи напряжены. Великаны провожают нас презрительными взглядами. Судят по росту. Как же опрометчиво. Что ж, придется их переучить.
Возвращаемся к нашему лагерю. Дед Дасар и Кострица сразу же засыпают вопросами…
— Как всё прошло? — спрашивает Дасар, скрестив руки на груди.
— Весело, — признаю. — Вождь Пельмеж поднял цену за проход и вёл себя вызывающе.
— Что будем делать, милорд? — уточняет Кострица, наклоняясь ближе. Её ярко-рыжие волосы кажутся пламенем в темнеющем сумраке
Вместо ответа я улыбаюсь, вытаскиваю из кармана разгрузки небольшой связь-артефакт.
— У меня есть идея, — бросаю Дасару с рыжей наставницей. — Этой ночью всем нам придётся не спать.
— Я готова не спать, — сдержанно кивает Кострица, и Светка одаривает свою наставницу удивленным взглядом. Рыжая магиня серьезно продолжает: — Любопытно, что ты задумал, милорд.
Сосредотачиваюсь на побрякушке и вызываю нашего казида.
— Гумалин, на связи?
— Да, шеф, — отвечает знакомый хриплый голос Хмельного, в котором словно всегда живёт лёгкий оттенок раздражения. — Что случилось?
— Дело есть. Подготовь бомбочки. Те самые. Для операции «Освежитель Судьбы».
На том конце наступает тяжелая тишина. Потом раздаётся тяжёлый, глубокий вздох, похожий на вздох уставшего гиганта.
— Ох, Горная Матка! Шеф, ты серьезно? А вдруг епанет?! Скажи, что шутишь!
— Неа, не епанет. Давай натягивай свой комбинезон и вперёд на склад.
Сегодня снежные великаны узнают на собственном опыте, что самые большие неприятности порой приходят в самых маленьких упаковках.
* * *
Турий рог, Сковородищина
В ангаре Гумалин суетится в защитном скафандре с противогазом и резиновыми перчатками. Его короткие руки ловко манипулируют над столом, на котором аккуратно разложены небольшие кульки из тряпок.
— Осторожнее, осторожнее… — бормочет он, вытирая пот со лба. — Если что-то пойдёт не так, будет большой пи….ц.
Рядом появляется Ломтик. Он тихо тявкает, наблюдая за работой казида.
— Готов? — спрашивает Гумалин, протягивая ему первый кулёк.
Ломтик осторожно берёт его в зубы и исчезает в тени, растворяясь в пространстве.
