\

В приступе истинного блаженства Ири поделилась со мной «искрой». Весь спектр её чувств и ощущений вылился на меня «грохочущим цунами», заставляя полностью потерять связь с реальностью. Очнувшись, я смотрел на неё с дурацкой улыбкой на лице, а она отвечала мне взаимностью.

То, что произошло между нами, — этот миг единения, наверное, изменил меня навсегда. Ничего общего с вчерашним быстрым перепихоном в хижине. Тоже приятно и даже более, но ни в какое сравнение не идет с тем, что случилось сегодня…

— Ты сильный, — вдруг сказала она.

— А как же — все маги слабаки? — усмехнулся я.

— Прежде так и было… Но ты… Ты сдерживался, когда сражался. Боялся ранить.

— Я не знаю пределов твоей прочности, — пожал я плечами. — Но я и не поддавался. Просто такой противник, как ты, для меня в новинку.

— Ага. Но ты силён… по-настоящему. Даже сейчас сможешь меня поколотить, если захочешь. Не то что мои одногодки. Да и те, кто старше, единицы со мной тягаться могут. Говорят, я в папеньку пошла. Вот кто мощью не обделен.

— Папеньку? — спросил я, представляя себе, кто из встреченных монстров её родитель.

— Ну так вождь наш…

М-м-м-м… Стоило догадаться — Первый Охотник, оказывается, её батя. Впрочем, какая разница? Однако «ци» от него и правда такой поток прёт, что аж захлестывает. В разы сильнее девушки будет.

— Где я и где твой папенька, — усмехнулся я.

— Так-то да. Отца сильнее нет никого. Да и не было, говорят, последнюю тысячу лет. Я, может, лет через двести, если доживу, вровень стану. Да и то вряд ли. Остальные всё дальше от меня будут, — голос Ириды звучал расстроено.

— И что в этом плохого? Быть сильной?

— Ничего. Да, хочется равного себе под боком иметь. Сильнее тоже хорошо — партнер, а не обуза. А эти все только желания мои удовлетворять годятся, — повернувшись ко мне, девушка нежно куснула меня за плечо и продолжила: — И даже с этим, оказалось, плохо справляются. Тебя же я «почувствовала» сполна. И расти ты будешь так же быстро. Знаю…

— Ты про «искру»? — спросил я, вспомнив, как ощущал сочувствовал ей каждой клеточкой. — Да, ощущение непередаваемое. Особенно когда в процессе этого самого…

Подскочив, она посмотрела мне в глаза.

— Не может быть! — зрачки её расширились.

— Ну почему же… От сердца к руке. Слияние… Очевидно же! — как смог, описал я.

— Не очевидно! Маги не чувствуют искру по-настоящему! — и тут она залилась румянцем — впервые с момента нашего знакомства. — Это ты всю меня, так же как я тебя… Ох. Мамочки.

— Ага. Я такого кайфа еще не ловил, — признался я. — Так, будто единое целое, да дважды взятое.

— Божечки. Мамочки, — теперь красными стали её уши.

Пряча лицо в ладонях, Ири окунусь мне в грудь. Да что с ней такое? Ну получили удовольствие на пару… Я бы и повторить не отказался.