\

По крайней мере пока.

— А эти железножопые? Им что надо?

— Очевидно, тоже что и нам. Только им хватит самого тела — накачают химией, чтобы отключить мозги и превратят женщину в живой инкубатор. По два ребенка в год…

— Мне кажется или это против законов природы? — севшим голосом спросил я.

— Сверхрегенерация матери и аппараты для выхаживания недоношенных… — Раджа аж передернуло, а мои руки сами собой сжались в кулаки.

Кровь ударила в уши.

— Сжигать! Заживо! — вырвалось само собой — это не убийство и даже не рабство... какая-то квинтэссенция мерзости, — Неужели Сеть не пресекает подобное в хабе? Мы ведь все под ее защитой и наблюдением…

— Ты, допускаешь ошибку новичка, Вайп. Одушевлять ее — Сеть. Она не отслеживает наши желания и не читает наши мысли, а если и читает, то игнорирует. Наказывает только за конкретные косяки. Похищение у нее приравнивается к убийству с отягчающими обстоятельствами. Кроме штрафа в тысячу эргонов, добавляется красная метка для всех участников. Её боты не всесильны... А, достаточно покинуть хаб, и ты в не зоны ее ответственности. Защита работает хорошо на бытовом уровне, но когда речь заходит о больших деньгах, все становится не так уж и просто...

— Выходит, если похищенный человек не умрёт, это может растянуться…

— На годы? Столетия? Вечность? Сколько таких девчонок, раскидано по окраинным мирам. Проникся? Все еще считаешь, что сделал для нас мало? — невесело усмехнулся Радж, ткнув меня в плече, подгоняя вперед.

Мы зашли в наноцентр. Я потрясенно молчал, а он продолжил.

— Если, будет какая нужда, кричи. Сделаю, что смогу. Сам подневольный, но и у меня тоже есть, какое-никакое влияние.

— Ладно... если что.

— Ой, ну, значит договорились. А теперь пошли, а то чет мне совсем хреновото.

В зале мы подошли к ближайшей стене — проходы открылись незамедлительно, сдвинув успевшую промелькнуть рекламу — мне предлагали стать метаморфом. Попрощались заранее, не знаю сколько займет процедура регенерации, но вряд ли они совпадут по времени — ждать друг друга смысла небыло.

Все та же молочно-белая кушетка услужливо приподнялась, предлагая присесть, спеленав меня фиксирующими жгутами, она приняла горизонтальное положение.

""Процесс восстановления, может сопровождаться неприятными для человека физический и визуальными ощущениями. Рекомендована местная или полная анестезия"", — предупредил механический голос.

— Давай полную, — сказал я, — Хватит с меня неприятных ощущений на сегод…

Только успел закончить мысль, как сознание нежно заволокло теплой волной. Раз и я опять бодрствую, только вместо обгорелой кожи, сдобренной лечебной пеной — целая и невредимая рука. Встал, прошелся, попрыгал, наклонился — ничего не болит.