Вертолеты сегодня над местностью не пролетали, а это уже хороший знак, видимо руководство дивизии решило не распылять свои ресурсы на поиски выживших и виновных. Вероятно крики Юры помноженные на плохую связь дали эффект и человек на том краю провода реально решил, что услышал китайскую речь.
Вечером мы сидели у костра и как обычно травили байки, Юра у нас оказался тем еще весельчаком, он — душа компании, вечно травит смешные, пошлые анекдоты и разные забавные истории.
— Макс, можно я у тебя кое о чем спросить? Но если не ответишь, я не обижусь. — Задал вопрос Фрэнк, прерывая всеобщий хохот после очередной черной шуточки Юры.
— Разумеется, спрашивай, что тебя интересует? — Сдерживая улыбку ответил я.
— Ты рассказывал, что подорвал себя на гранате, а после пробыл несколько дней в отключке.
— Ну да, было дело.
— Скажи, а как ты себя чувствовал в этот момент, по сути ты же умер от взрыва. Ты что-то видел? Ощущал? Осознавал? Голоса, свет в конце тоннеля или что-то в этом роде.
— Вот это ты спросил, я даже никогда не задумывался об этом. — Почесывая затылок задумчивым голосом ответил я, пытаясь вспомнить хоть что-то. — Знаешь, вообще ничего, хлопок взрыва гранаты, а через мгновение я открыл глаза, голодный и худой. — Добавил я через пару секунд.
— А ты чего, Фрэнк, помирать собрался? — Спросил Егор и сделал глоток кофе из кружки.
— Нет, не собираюсь, но сейчас такое время, что никогда не знаешь откуда прилетит. Просто вы из тех людей, которые постоянно ходят по краю и мне стало любопытно, как вы ко всему этому относитесь, как смотрите на смерть. — Пожав плечами ответил он.
— Я думаю, там нас никто не ждет, не сильно верю во все это — рай, ад. Придет мое время, откину копыта, тогда и узнаю. — Выразил свое мнение Юра.
— Вы тоже так думаете? — Окидывая остальных взглядом спросил Фрэнк.
— Не знаю, парни, я верю, что есть господь, хоть и редко к нему обращаюсь. Но одно я знаю наверняка, за мои деяния апостол Петр, что встретит меня ворот рая, по головке не погладит, а скорее всего лично отведет в ад и усадит в котел с кипящей смолой. — Глядя на огонь ответил я.
— Это точно, у всех нас руки запачканы, не то, что по локоть в крови, а целое море, особенно за последние месяцы. И хоть в благих намерениях мы это делали, но ими дорога только в одно место выложена. — Добавил Егор."
"— А мне вот мой дед, настоящий боевой генерал, что еще с немцами воевал, рассказывал одну притчу. Я правда не помню ее дословно и понятия не имею, откуда дед ее услышал, но суть вот в чем. Однажды к кузнецу пришла смерть и попросила его наточить ей косу. Кузнец не на шутку перепугался, но отказать смерти не посмел. Взял косу он и принялся ее точить, а как закончил работу смиренно склонился перед смертью и протянул инструмент владелице.









