12
0Слышала лишь тихий стук глиняных бокалов. Противный скрип стула, на котором сидел один из мужчин.
Не выдержав, дернула Амму за подол серой ночной сорочки. Она обернулась на меня и снова приказала вести себя тихо.
Вид у пожилой ведьмы был испуганным.
— Может, ты ошибся? — наконец, послышался голос Льюиса. — Взгляни на нее. Веселый живой ребенок. Добрый и ласковый. Светлый. Что у нее общего с… этим?
Я насторожилась, не вполне ещё понимая, о ком они говорят. Но гадать не пришлось.
— Юниль его дочь. Я никогда не ошибаюсь, Льюис.
Этот тяжелый, суровый голос принадлежал Вегарту. И генерал сейчас явно радость не источал.
— Нет, да быть не может! — стул снова протяжно скрипнул. — Ты видел его поместье?! Мы вместе с тобой захватывали его. Слышал, что говорили уцелевшие о детях? Озлобленные, готовые глотку перегрызть друг другу. Что общего у нее с теми рассказами?
Снова тихий удар бокала об стол. Небольшая пауза… Моё сердце билось как бешеное.
Страх, непонимание, растерянность… Меня тихо трясло.
— Общее у них одно — порченная кровь, — негромко ответил генерал. — Но у детей разные матери. Грета хорошо справилась с воспитанием девочки. Только любовь матери способна сотворить такое чудо."
"— Боги, Вегарт! Да прекрати! С чего выводы? С одного мыла? Ты ещё скажи, что Руни — его сын. А что? И силен, и странен. Так ведь говорили про младшего из сыновей.
Амма качнулась и схватилась за косяк.
— Чем младший будет отличаться от старших? Такой же кусок бешеной псины. И не передергивай, Льюис! — доносилось до нас из кухни. — Просто подумай головой. Они отличаются от местных. И это видно сразу. Я сегодня вечером поболтал тут с некоторыми, скажем, из старожилов. Амму помнят многие ещё молодой женщиной. Была у нее дочь. Уезжала из этой деревни она с ней. Вот только кто отец — не знают, и не вполне уверены, что то Грета была. Но положим, родилась моя волчица не здесь. Руни ей действительно брат. А то, что я не слышу связь пожилой женщины и Греты — виновата здесь кровь. В Грете ничего нет от ведьмы, впрочем, как в её дочери от волков.
— Да подожди!
Стул заскрипел и ударил ножками об пол. Льюис, видимо, вскочил.
Большая тень легла на стену. Молодой дракон прошелся по кухне и замер у окна, на котором горели две лучины.
— Подожди, Вегарт… Выходит, они все же местные?
— Только Амма, остальные пришли с ней два года назад. Дочь, сын и внучка. С ними жрицы Яники. Воительницы богини и назвали Грету вдовой, но плетений на руках нет и не было. Зато есть мыло. Видны манеры, речь. Льюис разуй глаза. Ее девочка… Она дочь Долона.
— Далось тебе это мыло! Она где угодно могла его взять, — тихо процедил младший дракон.
Я закивала, соглашаясь с ним. А сама богов молила, чтобы он переспорил Вегарта. Лишь бы отвести от нас подозрения.
