3
0"
"Изрядно замёрзнув, я выглядывала наш дом. Правда, с высоты все крыши казались одинаково черными и неказистыми. Кривые заборы, заросшие огороды. И не потому, что люди ленивые, а потому что высаживать там было нечего. Разрушенные, ненужные свинарники и сараи. Один сеновал на всю улицу. Гуляющая у поваленных для просушки бревен корова Карипа, и опять-таки одна на десятки домов. Храм чуть поодаль. Заросший травой и мхом. Когда у нас в последний раз играли свадьбу? Я и вспомнить не смогла.
Уйдут драконы, а что останется здесь?
Я запнулась на этой мысли. Что-то зашевелилось в душе — недовольство, ропот. Перед глазами встали картины прошлого: оборванные крестьяне, измученные нищетой, стоящие перед креслом отца и лепечущие о том, что им нужна помощь. Провизия, стройматериалы, ткань и кожа.
Глумливые улыбки, которыми при этом их одаривал ханым. А следом шли казни, чтобы неповадно было таскаться и клянчить. Всё это и тогда, и сейчас казалось мне чудовищным. Такой судьбы этим землям и народу я не желала. Оттого и поперек горла мне были сейчас эти прогнившие чернеющие крыши.
Едва задние лапы дракона коснулись земли, его огромное тело охватило тёплое сияние. Руни кубарем скатился с него и поднялся на ноги. Я же снова оказалась в теплых руках мужа. Сжимая меня, Вегарт коснулся губами моего виска.
— Замерзла совсем, — его шепот обжигал. — Одно радует — мыть тебя буду я. Может, даже сил хватит баньку истопить. Мне понравилось тебя в ней парить, Грета.
Выдохнув, я поняла, что сил у меня не осталось даже, чтобы поспорить с ним. Если он хочет обо мне позаботиться — так не буду мешать.
— Делай что хочешь, дракон, — так же тихо ответила. — Главное, не стой между мной и постелью.
— Моя женщина, — усмехнулся он. — Всё по делу и без лишнего кокетства. Уже скоро. Мягкий матрас и теплое одеяло. Но потерпи еще несколько минут.
Я кивнула и, обернувшись, заметила, что к деревенской площади подтягивается народ.
Как будто ждали нас.
Женщины, мужчины, испуганная детвора.
Очень быстро на площади стало людно. Все разглядывали меня, будто я диковинка какая. Видимо, не ожидали, что я появлюсь живой.
От нашей группы отделился ави Халаф и спешно отошел в сторону. Рядом с покосившимся забором дома старосты деревни стояла его женщина, держа за руку сына. Малун заметно волновался, дергая сжатый в кулаке выпущенный из-за пояса край серой рубашки. Засунув руку в карман мягких кожаных штанов, Халаф вынул кулон и, подняв его за потертый шнурок, показал им. Он улыбался. Отпустив сына, его женщина закрыла рот руками и, громко разрыдавшись, бросилась на грудь своему дракону. Он обнял её, крепко прижимая к себе, а затем, ухватив за плечо своего мальчугана, притянул его к боку.
Кулон упал к их ногам и оказался втоптанным в грязь.
