12
0И снова опустила руки в глубокий таз. Рядом стоял бочонок с березовой золой и отвар Аммы для волос.
Да, у Вегарта имелось мыло, но попросить его я не решилась. А он сам и не вспомнил, провожая меня взглядом до бани. Нужно набраться наглости и хоть для Юниль тот бочонок добыть. Она была бы рада.
Мелкая егоза весь день расстроена. К щенкам не пустили. Но я была уверена в своей правоте: не та у нас ситуация, чтобы по чужим домам разгуливать.
Потянувшись, взяла небольшой отрез ткани и прошлась им по груди.
— Мне думается, это лучше делать с мылом, — услышав за спиной знакомый голос, испуганно повернулась.
Дракон стоял прямо передо мной во всей красе. Довольное выражение лица. Распущенные мягкие, светлые волосы, ложащиеся ему на плечи и спускающиеся ниже. Мощная шея, развитая широкая грудь. Сглотнув, я ощутила, как меня бросает в жар, и причина тому отнюдь не раскаленные камни на печи. Смущение и нечто еще… заставляющее предательски сжимать бедра. Скользнув ниже, уставилась на живот мужчины. Плоский, с четкими кубиками. Ниже пупка — дорожка курчавых светлых волосков, уходящая под ткань, скрывающую мужское достоинство генерала. А оно оказалось нескромным.
Мои уши просто запылали. Под серой короткой ветошью что-то шевелилось и приподнималось. Смотреть на этот бугор было откровенно стыдно, но пошевелиться я была не в силах. Оно так интриговало."
"Волчица внутри меня встрепенулась. Заворочалась. Опомнившись, я вскрикнула и попыталась найти хоть что-нибудь, чтобы прикрыться.
— Могу дать свое полотенце, — Вегарт просиял. — Для единственной и последнего куска ткани не жалко.
Его ничуть не стесняла ситуация, скорее забавляла.
— Не надо, — пискнув, я упала на лавку и закрылась руками. — Что ты здесь делаешь?
Паника. Вот что я чувствовала в этот момент. Дикое смущение и желание выскочить через маленькое оконце сбоку.
— Я? — Дракон как-то деланно удивился. — Тебе, моя волчица, правду или красивый надуманный предлог? Если второе, то ты забыла бочонок с мылом, который я оставил в нашей комнате. У кровати, на которой мы спим вдвоем. В объятиях друг друга. А если не кривить душой, то пришел я попарить любимую, но робкую до невозможного жену. И прежде чем ты начнешь мне рассказывать про местные традиции и храмы, напомню, что землю эту я присвоил, и законы здесь теперь драконов. А значит, надела браслет — жена. Поэтому не вижу причины сидеть под дверями бани и мечтательно вздыхать.
Он уперся рукой в верхнюю лавку, нависая и демонстрируя, что никуда отсюда не уйдет. Я же сидела в растерянности и просто хлопала ресницами.
— Грета, ты настолько невинная, что я теряюсь в догадках, как народ вообще поверил, что у тебя есть дочь? Они куда смотрели? Хотя мне жаловаться на такое положение дел не пристало. Радоваться только.
