13
0Или ты хочешь, чтобы я на потеху всем кумушкам деревни ссанными тряпками их по улицам гоняла? Себя позорила и повод для сплетен страждущим раздавала?
— Тихо-тихо, — выставив ладони, он подошел ко мне и обнял. — Чего ты? Ничего подобного я не хочу. Просто раздражает, что они там торчат, как сорняки под оградой, а ты это видишь. И непонятно: будешь ревновать и выговаривать мне или молча замкнешься, глядя на них. Ты у меня ранимая, Грета. Не хочешь показывать, но это так. И я вижу печаль в твоих глазах. Грусть.
— Всё нормально, — тихо пробормотала, пытаясь отстраниться. — Как раз шла переодеваться. Платье да платок — и не хуже остальных женщин выглядеть буду. Тебе бы тоже ополоснуться и собираться.
Вегарт, чувствуя мои попытки улизнуть от него, сжал сильнее. Его сухие губы скользнули по моему виску к уху.
— Ты в любом платье будешь выглядеть для меня лучше остальных, — его теплое дыхание разбилось о мои волосы. — Я придумаю, как отвадить девиц. Мне не нравится, как они себя ведут. Возможно, передам через своих воинов, что в казарменный бордель девицы не требуются, и ни к чему предлагать себя.
— Это грубо, — выдохнула я.
— Зато доходчиво. У меня на родине не принято девицам так себя вести. Бегать за парнем — это вообще немыслимо. Сам должен увиваться за молодками, а не калитку открывать и выбирать из доступных. И правильно Руни делает, что не смотрит на них. Такую в дом приводить стыдно.
За моей спиной раздались шаги. Брат вошел в дом и, услышав последние слова Вегарта, одобрительно тихо замычал и поднял указательный палец вверх, дополнительно выражая свое согласие.
— Иди собирайся, — генерал чуть сдвинулся, освобождая ему проход. — Надеюсь, ты запомнил всё, что я тебе сказал.
Палец брата снова поднялся, и он его слегка согнул несколько раз.
— Поговори мне ещё, — мой дракон мгновенно понял его и заворчал. — Всё вы знаете, а как до дела доходит, так тупнями становитесь.
Руни протяжно выдохнул.
— Отстану, только когда пойму, что в голове не масло, — рыкнул Вегарт ему в спину.
Я же тихо засмеялась. А мне на то, чтобы вот так хорошо понимать брата, потребовалось несколько месяцев. Да, у Руни был тяжелый характер. Самовольный. Гордый. Вспыльчивый. На всё у него всегда имелось свое мнение, и трудно порой было его в чем-то переубедить. Одним словом — мужик в семье.
— Чего ты веселишься? — дракон улыбнулся. — Ничего, я его пристрою куда надо, там его быстро обучат ходить строем.
— Его Льюис хочет с собой в столицу взять, — прошептала так, чтобы никто больше не услышал.
— А пусть Льюис ещё сам до той столицы доберется, — тихо ответил мне Вегарт. — Он, наивный, полагает, что у меня семья теперь и места для него в ней не станут искать. И ускачет он обратно в красивую жизнь.
