7
0
С силой сжал и прошипел:
— Никогда не смей поднимать на меня руку, или я отвечу ровно тем же, усекла? Восемь лет назад я предлагал тебе стать моей женой, помнишь? Но вместо того, чтобы согласиться, ты сбежала с моим ребенком… Теперь будешь просто любовницей. А жена у меня уже есть.
И снова у бедняжки Евы отвисла челюсть.
— Я никогда не буду твоей любовницей! — закричала она.
— Будешь… Приползешь ко мне из страха остаться банкротом, если, конечно, хочешь дальше продолжать работать здесь. Я уже выяснил, сколько ты должна банку за всю эту прелесть. — Арам сделал круг указательным пальцем, условно обведя помещение кондитерской. — Или хочешь лишиться своего дела?
— Да я лучше буду голодать, но под тебя не лягу!
Арам усмехнулся и, смакуя момент, сообщил:"
"— Думаю, в суде по опеке у безработной мамашки будет не так-то много шансов сохранить ребенка… Я ясно выразился? Слушай и внимай: ты от меня больше никуда не денешься. Мой кабинет в правом крыле. Заходи, там обалденная звукоизоляция. Жду тебя там ежедневно и без трусов.
О сколько же удовольствия он получил, наблюдая, как ярко Ева покраснела. Три секунды, и щеки засветились алым румянцем, а глаза… Глаза ее налились хищным блеском. Дай волю, схватит вилку с ножом и сожрет.
«С ней точно будет хорошо в постели», — тут же убедился про себя Арам. Внутри уже сладко ныло от предвкушения удовольствия, которое он вскоре от этой нахалки получит. А в том, что получит, не сомневался.
Ева может попытаться что-то сделать, но он и шанса ей не даст, не позволит выкрутиться.
А бывшая Монашка меж тем уперла руки в бока и начала плеваться ядом:
— Ты что о себе думаешь, Барсегян? Раз приобрел отель, значит, автоматом купил и меня с Надей?!
— Именно так я и думаю, — пожал он плечами. — Считай, по дешевке взял: две по цене одной.
Глава 16. Владелец черного Бумера
Именно Снежана далекие восемь лет назад оказалась у дома умершей сестры и обнаружила на лавочке зареванную внучку.
В тот роковой день она даже умудрилась сразу узнать девочку.
— Евочка? — позвала ее, выйдя из машины.
Оказывается, сестра незадолго до смерти посылала ей фотографию Евы вместе с письмом.
Сама же Ева оказалась настолько поражена встретить родственницу, что чуть не упала в обморок.
— Бабуля? Ты же умерла… — простонала она и пустилась в безудержный плач.
Она, конечно, знала, что где-то там, за тридевять земель, у бабушки была сестра, с которой никогда не общались, потому что она совершила ужасный грех — сбежала в восьмидесятых с иностранцем, бросив мужа на произвол судьбы. А тот взял и спился с горя.
Но одно дело — знать о существовании человека где-то там, в недостижимых далях, другое — встретить его в реальности.
