7
0
В-третьих, Ева должна прекратить работу в «Сахарной». Пусть управляет ею, ладно уж, это ее детище. Но больше никаких многочасовых рабочих дней, он лично наймет ей помощников. Никакой самодеятельности. Главным в ее жизни должна быть не работа, а семья. Он. И Надя.
В-четвертых, Ева обязана признать его безоговорочное главенство и прекратить все споры. Именно так и должно быть в любой нормальной семье.
В-пятых…
…
В-тридцать вторых, пообещать ему больше никогда не убегать от него на всяких черных бумерах.
Да, он собирался ей все это озвучить. Хотел договориться «на берегу», прежде чем лезть в воду, чтобы потом не было удивленных глаз и споров.
Он внимательно наблюдал за тем, как Ева резала стейк, клала в рот кусочек за кусочком, и мысленно потирал руки. С сытым человеком проще договориться — эту истину он давно усвоил.
— Нравится? Я рад.
Самому-то кусок в горло не лез, да и не полезет, несмотря на дурманящий аромат. Пока не сделает Еву невестой, точно не сможет насладиться обедом.
— А сам почему не ешь? — будто прочитала она его мысли.
— Я хочу только десерт. — Он кивнул на блюдо в дальнем конце стола, закрытое металлическим колпаком.
— Мой? — спросила Ева с прищуром.
— Нет, но тебе понравится, — пообещал Арам. — Он для нас обоих.
Дождался, пока Ева отодвинет тарелку с почти съеденным стейком, пару раз клюнет закуски и салат, а потом сам лично отодвинул ее тарелки и поставил перед ней закрытое блюдо.
— Опа… — открыл крышку, отставил и сел.
Впился взглядом в лицо Евы, ловя каждую ее эмоцию, каждый микрожест.
— Что это? — сразу явно занервничала она.
Во все глаза смотрела на темно-синюю бархатную коробочку — единственное, что лежало на большой белой тарелке.
Арам не стал ее долго мучить, открыл коробочку, демонстрируя золотой обруч с крупным квадратным сапфиром, чистейшим камнем — достойным того, чтобы украшать палец его женщины.
— Как ты сама поняла из того, что я живу в отеле, я ушел от жены, — начал он деловым тоном. — Мой юрист уже занимается разводом, и скоро я его получу, стану снова свободен. Ты выйдешь за меня замуж, Ева?
— Ого, — охнула она и прикрыла рот ладонями.
Застыла, будто окаменела.
Совсем не такой реакции он от нее ждал. Радостного визга? Да. Кидания ему на шею с криками «я согласна»? Еще как. Но не испуганного молчания!
— В чем дело, Ева? — спросил он, положив коробку с кольцом обратно на тарелку.
— Прости, я не ожидала, — пискнула она, чем окончательно озадачила Арама.
— Ты что-нибудь ответишь? — спросил он, чувствуя, как начинает потеть не только спина, но и лоб.
— Я… э-э-э… Прости, Арам, но нет, — ответила она нервно сглотнув.
Поначалу он даже не понял, тут же возмутился:
— Как это нет?
— Ну вот так, — пожала она плечами.
