Сиделка

 — На шахте часто случаются обвалы, так что я умею обращаться с каденусом. Главное, отойдите как можно дальше.

— Выжди десять минут, и тогда взрывай, — распорядился Горн. В его серых глазах читалось сомнение и тревога. Казалось, он не особо доверяет умению оборотня работать со взрывчаткой. — И не торопись, а то без рук останешься.

— Может, обойдемся без поучений? — фыркнул волк. — Обратный отсчет уже пошел.

Снаружи послышался шорох. Курц громко гавкнул, и свет, падающий из отверстия, исчез.

— Уходим, — бросил Горн, беря меня за руку.

Мы успели отойти на довольно большое расстояние, когда позади раздался мощный взрыв.

— Все живы? — послышался бодрый голос Лукаса, а вскоре и сам оборотень показался из-за каменного выступа. — Кейт, ты цела?

Он кинулся ко мне, схватил за плечи и оглядел встревоженным взглядом.

— Слава Единому, с тобой все в порядке!

Я оказалась прижата к мощной груди оборотня, а его губы накрыли мои. И в тот же миг Хольм отлетел к стене, а Горн грозно произнес:

— Не смей к ней прикасаться, волк!

— Вы ничего не путаете, граф? — вызверился Лукас.

— Вздор! — с неприятной усмешкой оборвал его Каллеман. — Кейт — моя невеста.

— Что за бред? — повернулся ко мне оборотень. — Кэтрин, скажи ему!

Рес! Этого я и боялась.

— Тер Хольм, вероятно, вы неверно меня поняли, — попыталась я исправить ситуацию. — Тот поцелуй…

— Какой поцелуй? — вмешался Горн. Он напряженно замер, разглядывая Лукаса недобрым взглядом.

— Кейт спасла этого идиота от суда, а он вообразил, что имеет право надеяться на ее благосклонность, — хмыкнул Эрик.

— Ты поцеловала оборотня? — посмотрел на меня Фредерик. Глаза его налились чернотой. Правда, он тут же справился с ней и спокойно сказал: — Ладно, поговорим об этом после. Сейчас не лучшее время, нужно выбираться отсюда.

Он взял меня за руку и повел к выходу.

Выйти удалось без труда — на месте прежней непреодолимой преграды осталась лишь груда камней, через которую Горн перенес меня на руках.

— Вам нельзя напрягаться, — попыталась образумить его я."

"— Ерунда. Не хочу, чтобы ты поранилась, — шикнул на меня Дерек, пресекая мои возражения.

Снаружи было холодно. Склон горы укрывал снег. На его белом фоне разлом, оставшийся после взрыва, казался уродливой раной, а обломки, разлетевшиеся далеко вокруг, — безобразными черными кляксами.

— Р-рау!

Огромный темный силуэт бросился к Горну, повизгивая от счастья. Я удивленно присвистнула. Никогда не думала, что Курц способен на такое бурное проявление чувств.

— Ты молодец, Курц, — сказал ему Дерек. — Без тебя мы бы не справились.