3
0"
"Сев рядом с Яриком, я тут же наткнулся на его вопросительный взгляд, но сделал вид, что не заметил немого вопроса. Зато остальные двадцать голов постоянно поворачивались ко мне с лукавыми улыбками, и кто-то из парней даже шутливо поиграл мне бровями.
Все оставшееся время Антонина Прохоровна безуспешно пыталась привлечь наше внимание к себе и математике, но атмосфера в классе уже так накалилась, что никому не хотелось ничего слушать, и я уже представлял, как на перемене меня завалят вопросами.
Самый первый, конечно, задал Ярик, еще во время урока. Прошептал:
– У тебя что, девушка появилась?
Я только отрицательно покачал головой. А сам подумал: «Надо, наверное, все-таки выдумать какую-нибудь девушку, иначе как я потом оправдаюсь?»
На перемене, конечно, кошмар что началось:
– Кто она?
– Где ты ее нашел?
– Как это было?
Я загадочно и многозначительно молчал, отчего событие приобретало еще большую важность. До меня с засосами приходил только один одноклассник, да и тот потом признался, что поставил их пылесосом.
В какой-то момент это уважительное внимание, явно отдававшее завистью, начало льстить мне, и еще вчерашние стыдливые мучения ушли на второй план, однако появление Глеба на пороге кабинета заставило меня мгновенно подобраться. Жестом он попросил меня выйти. А в коридоре встретил своей обычной улыбкой, вскинул брови и светски проговорил:
– Доброе утро, Мики.
– Взаимно. – Я остановился.
– Как поживаешь? – с наигранной заботой спросил Глеб.
– Отлично, – ответил я ему в тон. – А у тебя как дела? Нигде не болит?
Он прищурил левый глаз и склонил голову набок. Сказал совсем буднично:
– Будешь мне хамить – устрою публичный показ скриншотов из нашей переписки.
Все внутри меня куда-то ухнуло. Стало очень холодно. Какой же я идиот. Со злости я удалил весь наш диалог, а его кинул в черный список, но у него-то все осталось…
Однако я не показал ему, что запаниковал. Ухмыльнулся, повел плечом, а сам лихорадочно подумал: «Ему ведь тоже ни к чему рушить свой образ бабника и альфа-самца, надо давить туда».
– Устраивай, – спокойно ответил я. – Если уже придумал оправдание тому, зачем сосался с парнем в школьном туалете.
– Такие подробности можно и опустить, – заметил Глеб.
Я снисходительно посмотрел на него и спросил:
– Знаешь, почему я всегда выбирал вторую кабинку? Потому что она лучше всего просматривается с подоконника, на котором лежала камера.
– Какая еще камера? – усмехнулся он, показывая мне, что не верит.
