5
0
Деревенька такая заброшенная, кажется, тут и не живет никто, место больше похоже на дачный поселок, откуда люди, с наступлением холодов, рванули в город, поближе к удобствам.
На мне одно лишь тонкое платье. К тому же местами мокрое. И с каждым шагом чувствую, что замерзаю, сильнее и сильнее, и если сейчас же не попаду в тепло - или заболею, или обморожение гарантировано.
- Добрый день, - сказал дядя Миша, шагнув навстречу мужику в черной шапке, что кривой походочкой отделился от поселкового магазина.
Он на ходу скрутил крышечку на бутылке с водкой и зыркнул на нас из-под шапки, надвинутой на глаза.
- Автобусная остановка где? - вежливо спросил дядя Миша.
Мужик, не глядя, махнул рукой себе за спину. Посмотрел на мои голые ноги и улыбнулся гнилыми зубами.
Меня передернуло, придвинулась к дяде Мише и ускорилась.
- Давайте быстрее, - взмолилась.
Мы почти побежали к виднеющейся вдалеке железной будке остановки.
- Северские видели лодку, - папин помощник задрал рукав и посмотрел на наручные часы. - Максимум через четверть часа они будут здесь. И если автобус не придет...
- Придет, - заверила и вытянула шею, заглядываясь на чужие участки.
На крайний случай, можно и на машине уехать, попросить нас подбросить, вряд ли кто-то от дополнительного заработка откажется.
Но все упирается во время.
Пятнадцать минут - как же этого мало.
На остановке пристроились под железным козырьком.
Подула в озябшие ладошки и обняла себя за плечи, стояла и переминалась на месте, и глаз не сводила с дороги, в ожидании автобуса.
Нам бы только уехать, а там...
Я рискну и пойду в институт, выловлю кого-нибудь из подруг, мне дадут денег...и можно будет снять какую-нибудь квартирку, дура я, что сразу так не поступила, а поперлась в этот чертов поселок.
- Время, Рита, - выдохнул дядя Миша, с напряжением следивший за стрелкой часов. - Уходим.
- А автобус?
- Ждать больше нельзя, - он отступил на дорогу, вгляделся в даль и повернулся ко мне. - С минуты на минуты сюда приедут Северские. И убежать больше не получится. Накачают какой-нибудь дрянью. Вытрясут все про твоего отца. И убьют.
Он говорит ужасные вещи.
Но запугать меня не пытается, я и сама понимаю - после того, что наворотила в их доме - вход туда мне заказан, если жить хочу.
И братьев не остановит то, что было между нами ночью, они убьют меня, не задумываясь, монстры.
Поэтому кивнула и трусцой побежала за папиным помощником, обратно в деревню.
- Они же все дома проверят, где прятаться? - спросила, стуча зубами.
Дядя Миша не ответил, уверенной походкой приблизился к небольшому синему магазинчику, возле которого расположились парочка местных алкашей.
Пустые деревянные ящики заменили им стол, застеленный газеткой. И на этом столе они накрыли пир: бутылка водки, банка с огурцами, два куска серого хлеба...
