5
0Ты, - она ткнула в меня костлявым пальцем. - Живо за мной.
Она мне даже умыться не дала. И я так и поплелась за ней, на ходу кутаясь в лохмотья. Роза свернула по коридору, затем еще раз.
Вышли к прачечной, и управляющая загремела связкой ключей.
- Значит, так, - сказала она, разобравшись с замками. - Звонил старший хозяин. Сказал, что после обеда подъедет Гела. Тогда и решим вопрос с твоей дальнейшей работой. А пока вот, - она бросила в меня новым платьем. - Ну, что встала? Иди и приведи себя в порядок. А потом займись делом, тебя пока никто не увольнял.
Из прачечной вышла подавленная.
Нет, это не утро, это будто асфальтоукладчик по моей жизни проехался.
Дядя Миша в подвале, после обеда приедет эта сутенерша Гела...
Я пропала, у меня считанные часы остались, чтобы что-то придумать.
Глава 42
Глава 42
Уборки в комнатах навалом.
Но это меня не касается. Плевать я хотела на все эти использованные презервативы, разбросанные по постелям наручники и плетки, смятые порванные простыни и женское белье.
Постояла, подождала, пока стихнет стук каблуков управляющей.
И тоже вышла в коридор.
Если мне суждено сегодня отправиться кормить рыб в Черном озере - значит, суждено.
И моя попытка спастись хуже не сделает.
Решительно двинулась по коридору. В кухне, не обращая внимания на сонную повариху, взяла самый большой и острый нож.
- Ты куда это с ним собралась? Эй! - крикнула она мне вслед, но я даже не обернулась. Вернулась к холлу и дальше по пандусу вниз, к черной железной двери.
Зашла в подвал и щелкнула выключателем.
С облегчением выдохнула.
Дядя Миша лежит связанный на прежнем месте - на диване. Рот ему снова заклеили.
Севастиан.
Он ночью был здесь. И не дал мне даже воды принести.
О младшем хозяине подумала с нарастающей злостью.
Ведь я чуть было не поддалась ему, разомлевшая от массажа. И даже сейчас...
Память набросилась на меня, не жалея, перед глазами замелькали картинки его красивой комнаты, красный коврик на полу и флакон масла, что пахнет шалфеем, благовония в стальных чашах и дымок, что поднимается в воздух.
Крепкое, загорелое мужское тело. Широкая спина, покрытая шрамами. Черные глаза и оранжевые отблески. Сильные и нежные руки, касающиеся меня.
Ласка, поглаживания.
Пальцы между моих ног, на моих бедрах.
Горячие мягкие губы на моих губах.
Я хочу вернуться в эту проклятую ночь, хочу.
Вздрогнула, когда раздалось мычание и опомнилась.
- Это я, - сказала, хотя дядя Миша и так видит, он открыл глаза.
Какое же у него нечастное лицо.
А я полнейшая идиотка если стою тут и смакую ночь, эти братья монстры, они убьют нас.
- Сейчас, - присела перед диваном и сорвала с губ дяди Миши пластырь.
- Воды...- простонал он.
А воду-то я не захватила....
- Сначала выберемся, - ножом начала резать веревки.
