5
0
Ее рассуждения прервал визгливый женский крик, что ночью в темноте двора прозвучал, как сирена.
И это точно его девица орет.
- Господи, - метнулась обратно в комнату к открытому окну. И улеглась животом на подоконник.
Фигура в сиреневом пальто сбежала со ступенек, на ходу размахивая руками. Дверь хлопнула еще раз, и на крыльце появился Тим.
- Я весь дом на уши подниму, понял! – начала угрожать она. Задрала голову. Наткнулась на мой силуэт в распахнутом окне и рявкнула. - Эй, курица! Сюда спускайся!
Тим лениво посмотрел наверх. Спустился, той же расслабленной уверенной походкой двинулся к этой истеричке.
Юлька стоит рядом и комментирует.
- Ага. Разборки подъехали. Сейчас будет извиняться и заверять, что ты сама приперлась и он не знает, как тебя выгнать.
Отмахнулась.
Напряглась, вглядываясь в их фигуры, что стоят неподалеку от машины. Северский что-то негромко говорит.
А эта его девица хмурится и пялится наверх, на меня.
И если он перед ней оправдывается – то он не просто козел, но еще и тряпка.
И Юлька права, надо пользоваться случаем, чтобы этому Казанове жизнь медом не казалась.
Хуже не сделаю.
- Ты идешь или нет? – позвала.
И замерла в ожидании его реакции.
Он широко улыбнулся.
Что-то сказал девице. Такое, от чего она тут же заткнулась, попятилась даже.
Он спокойно направился обратно к подъезду.
Растерянно вытянула шею.
Может, не стоило высовываться. В моей ситуации, вообще, лучше не отсвечивать.
Его невеста не ушла, продолжила стоять там, у машины.
- Вот только спуститесь, курицы.
- Ой, как страшно, - Юльке весело. Она картинно отпила мартини и оттеснила меня от окна. Захлопнула створку.
Переглянулись.
- Теперь ему нужна будет благодарность, - подруга, виляя бедрами, двинулась в коридор, встречать. – Всегда, если мужчина идет на уступки – он ждет потом, что его похвалят. Имей ввиду.
На эту глупость промолчала.
Подруга умная и с мужчинами умеет себя вести. Но это уже перебор, он наглый бессовестный тип.
И я тут в заложниках.
В двери заворочался ключ. С каким-то детским интересом представила, что сейчас неожиданно напрыгну, собью с толку.
И тут же отбросила эту идею, едва Северский шагнул в прихожую.
Громадина. Высоченный, с руками-лапищами, он и одной левой со мной управится. Он расстегнул кожаную куртку, небрежно бросил ее на ветвистую вешалку стального цвета.
Ключи сунул в карман брюк.
- А мы уже соскучились, - кокетливо сказала Юлька, когда он наклонился, чтобы расшнуровать ботинки.
