7
0
Лиля этого не заметила, но Родион сразу понял, что не понравился будущему шурину, и поспешно приобнял Лилю, словно утверждая свое право на нее.
Константин опустил глаза и промолчал.
Он не задержался: поздравил Родиона и тут же простился, – только попросил Лилю проводить его на улицу.
– Ох, Котик, Котик, – цепляясь за руку брата, горестно вздыхала она. – Ты один из всей семьи меня поддерживаешь!
– Ну, началось! – невесело усмехнулся он.
– Как жаль, что ты уезжаешь, тем более на свадьбе не будешь.
– Лилька, ну это выше моих сил! – почти сердито ответил он, втихомолку радуясь, что его не будет на этой свадьбе.
Нет – лучше бы он остался, а свадьбы не было бы. Родион не понравился ему сразу, сильно не понравился, и снова почему-то вспомнилась Динара… Понятно, почему! Кажется, этот парень – птица того же полета. Но сестра так влюблена! И так храбрится, так старается держаться! Конечно, ей страшно, что пошла против отца, что одна сейчас против всех! Кем же надо быть, чтобы признать: а ведь в данной ситуации отец не так уж и не прав… Сказать такое – значит навсегда поссориться с Лилей, а Константин не мог и не хотел потерять ее дружбу.
Поэтому он приказал себе промолчать. И, успокаивая себя, подумал: «Ладно, в конце концов, существуют же разводы! Не заладится что-то – Лилька с ее характером терпеть не будет!»
Да, конечно… Но на душе было так погано, так тоскливо!
И, злясь на сестру, которая совершает такую глупость, на самого себя, который ничего не может сделать, Константин резко бросил:
– Я на пределе! У меня и так всего полчаса, чтобы попрощаться с предками и мчаться за получением нового назначения. Приказы даже я не обсуждаю!
– Но мы же будем всю ночь гулять! Может, успеешь? – робко взмолилась Лиля.
– Да ночью я уже буду идти на бреющем полете к новому месту назначения!
Лиля жалобно вздохнула, смиряясь, и тихонько спросила:
– Как думаешь, мама с папой придут на свадьбу?"
"– Эх! – не выдержал Константин. – Как дать бы тебе сейчас на прощанье! – И занес руку, как бы снова готовясь отшлепать.
Лиля испуганно вывернулась – и тут же бросилась ему на шею.
Постояли обнявшись, понимая, что прощаются надолго… Потом Костя отстранился, взял под козырек, повернулся и ушел.
* * *Шульгин, прихрамывая, вышел из комнаты и приостановился, любуясь Тасей, которая причесывалась перед зеркалом.
В новом трикотажном светло-сером платье, облегающем стройную фигуру, с этой новой прической, которая ей так идет, она выглядит необыкновенно молодой и красивой.
Только очень неспокойной…
Необыкновенное волнение заставляло ее то и дело поправлять прическу и одергивать платье.
