6
0
В роддом он приехал и встал около машины, чуть в стороне от крыльца, комкая в руках букет лилий и косясь на «родственников».
Те стояли все вместе – Говоров, Таисия Александровна и Шульгин. Ну и Кира, которая помахала отцу издали, но не подошла.
Ее что, уже настроили против него?!
Да нет, вряд ли. Просто Кира не слишком-то привыкла к отцу. Не очень умеет его любить. Выросла фактически без него.
Родион почему-то только сейчас задумался о том, что, можно сказать, не знал ничего о Кире. Все это хлопотное время сосок-пеленок-распашонок, время ее младенчества и раннего детства, прошло мимо него. Он ее не укачивал, не кормил из бутылочки, а потом с ложечки. Не менял ей пеленки, не приучал к горшку, не гулял с ее коляской и не слышал, как она сказала свои первые слова.
Странно – только сейчас Родион вдруг почувствовал себя ограбленным, наказанным непомерно жестоко…
Опять покосился на «родственников». Они стоят вместе, а он – один. Сейчас выйдет Лиля с этой своей маленькой девочкой, «родственники» ее заберут. И он снова останется один!
Так уже было, когда родилась Кира и ее отняли у него. Отнимут и эту, новенькую малышку. Конечно! Отнимут и не спросят! А чего спрашивать? Кире он хоть родным отцом был, а тут – кто?
Чужой…
Двери открылись. Вышла Лиля, следом неизменный, нестареющий, всегда весело улыбающийся (положение обязывает!) Силантий Андреевич и медсестра с беленьким сверточком на руках.
– Мамуля! – закричала Кира и ринулась вверх по ступенькам. Лиля обняла ее.
Говоров, Таисия Александровна и Шульгин двинулись было вперед, как вдруг медсестра крикнула:
– Папаша! Забирайте дочку!
И Родион пошел наверх.
Отдал Лиле букет.
– Спасибо, – прошептала она, не поднимая глаз.
Что будет теперь? Что будет между ними теперь?
– Я возьму… девочку? – тихо спросил Родион.
Лиля подняла глаза… и кивнула.
– Дайте ребенка мне, – сказал Родион, и руки его затряслись под легкой белоснежной ношей. Пришлось прижать сверточек покрепче.
– Какой-то вы нерешительный, папаша, – засмеялся Силантий Андреевич. – Парня небось заказывал?
Парня?!
Родион взглянул на него, как на врага.
Какого еще парня?!
Он смотрел на крошечное личико, чуть ли не раскрыв рот, с каким-то первозданным изумлением. Сомкнутые веки были такие нежные, как лепестки, губки сложены бантиком…
Рядом уже стояли Таисия Александровна, Говоров, Шульгин, уже поздравляли, уже целовали Лилю – Родион ничего не слышал, только смотрел, смотрел…
Наконец дошло, что Кира нетерпеливо дергает его за полу пиджака и просит показать сестричку.
Осторожно наклонился.
– Какая она хорошенькая! – громким шепотом сказала Кира. – А как ее зовут?
– Ее зовут Ариша, – сказала Лиля.
А Родион как бы со стороны услышал свой голос:
– Арина Родионовна Камышева.
