Благородство и страсть

 – Ее голос задрожал от напряжения. – Твоя радость будет лучшей местью лорду Джону. И мне кажется, что… вместе мы сможем разделить ее.

– Радость – редкая гостья в этом поместье, – устало проговорил Мэтью.

– Не позволяй своему дяде контролировать тебя даже в этом. Не лишай себя радости. Гордость – это хорошо, но счастье лучше.

– Дело не только в гордости. – Мэтью, наконец, прошел в комнату. Это была с его стороны уступка, хотя он и не желал этого признавать.

– Ты так считаешь? – Грейс продолжала неподвижно стоять у кровати.

– Если ты сейчас прикоснешься ко мне, я погиб, – бросил он.

Она перебросила волосы через плечо и снова заглянула ему в лицо, которое походило сейчас на маску с двумя темными проемами глазниц.

– Решение остается за тобой. Ты всегда был лишен свободы; пусть у тебя будет возможность принять хотя бы это решение.

– Разве я волен что-то выбирать, когда ты, олицетворение моих самых смелых мечтаний, предстала передо мной в таком соблазнительном, восхитительном виде сильфиды. Разве мужчина может отказаться от такого подарка судьбы? – Его голос был полон горечи.

Он сделал к ней еще один шаг.

Между ними осталось расстояние вытянутой руки. Как ей хотелось прикоснуться к нему, притронуться к гладко выбритым щекам, провести ладонью по черным блестящим волосам. Но нет, время еще не пришло.

– Возможно, это наш единственный шанс, Мэтью. Пусть небо простит меня, но я хочу тебя. Никогда в жизни я не хотела мужчину, и вот теперь познала эту страсть. Не оставляй меня одну наедине с ней.

– Ты знаешь, Грейс, что и я испытываю к тебе такую же страсть. – Он сделал еще один шаг. Мэтью протянул было к ней руку, но эта рука вдруг безвольно опустилась.

 – К сожалению, я никогда раньше не делал этого.

Она победила, мелькнуло в голове Мэтью. Она одержала верх, слава Богу и всем его ангелам.

Грейс мгновенно уловила его настроение и сразу же расслабилась. Что бы ни принесло завтра, сегодня она была вольна сама выбирать свою судьбу. И Мэтью она предлагала сделать такой же выбор, если у него, конечно, достанет на это мужества.

Но она знала, маркиз был смелым человеком.

Внезапно Грейс почувствовала, что у нее сдавило горло. Должна ли она теперь направлять его, вести за собой и говорить ему, что именно следует делать? Она ведь тоже была мало знакома с подобными вещами.

Как бы ни глупо это выглядело после девяти лет замужества, но правда оставалась правдой. Грейс решила, что не станет ничему учить его, чтобы не ущемлять его гордость. Она не желала разыгрывать роль школьного учителя и не хотела, чтобы Мэтью исполнял роль послушного ученика.

– Я в твоем распоряжении, – улыбнувшись, сказала она и шагнула к маркизу.

– Обожаю твою улыбку. Ты знаешь об этом? – сказал он и взял в ладони ее лицо.