4
0Казалось, Мэтью никогда с ней и не был близок, никогда не был счастлив.
Подбежавший к Грейс Вулфрам ткнулся носом в колени. Грейс опустила руку и потрепала его большую лохматую голову. Ему тоже приходилось расставаться с тем, кого он любил больше всего. Они с Вулфрамом были товарищами по несчастью.
Грейс привязала ошейник Вулфрама к своему ремешку. Сначала она отказывалась брать собаку с собой, потому что не хотела лишать Мэтью единственного друга, но теперь, когда пес был уже с ней, радовалась, что Мэтью настоял на своем. Вулфрам всегда сможет ее защитить, с ним не страшно.
Когда она привязывала ошейник, пес послушно стоял и ждал. Грейс не уставала удивляться понятливости Вулфрама. Временами Грейс даже казалось, что эта собака обладает человеческим разумом."
"– Ну, держись, дружок, – прошептала она. Собственно говоря, Грейс подбадривала не столько своего спутника, сколько себя. От страха ей было трудно дышать, а сердце подпрыгивало чуть ли не до самого горла.
А что, если он принял слишком большую дозу лекарства? Хотя это и трава, но от передозировки такого снадобья вполне можно умереть.
«Господи, помоги Мэтью пройти через это».
Но она должна доверять ему. Ведь он прекрасно разбирается во всех растениях и травах. Он не мог ошибиться в такой ответственный момент. Но сейчас не время об этом думать. Ей нужно улучить момент и выскользнуть за ворота.
Очень медленно, не спуская глаз с охранников, Грейс поднялась. Сейчас, когда стало уже так жарко и вовсю светило солнце, ей было неуютно в шерстяном платье. Грубая материя неприятно колола кожу. Грейс уже успела привыкнуть к дорогим нарядам из тонкой ткани, которые нашла в доме Мэтью.
Мужчины начали разгружать повозку. Лошади смирно стояли на месте, пока вокруг них шла эта суета, и все бегали туда-сюда с коробками и полотняными мешками. Слышалась громкая ругань – в основном все шишки сыпались на Монкса, который чем-то разозлил кучера.
Внимание Грейс привлекли неожиданно раздавшиеся стоны Мэтью. Пошатываясь и держась руками за грудь, он вышел из-за деревьев. Он выглядел таким бледным и больным, что Грейс едва не вскрикнула.
Ах если бы она знала, что эти травы так на него подействуют! Она бы ни за что на свете не согласилась на этот план.
В этом-то и состоял план Мэтью. Предполагалось, что все будут заниматься им, а она в этот момент должна выскочить за ворота.
Глядя, как Мэтью падает на землю и хватается руками то за грудь, то за горло, Грейс чувствовала, что у нее из-под ног уходит почва. Человек, которого она любила, чуть ли не умирал у нее на глазах.
Вулфрам тихо заскулил.
– Стоять, Вулфрам, – скомандовала она.
