Благородство и страсть

Она прикусила губу и, разочарованно вздохнув, открыла глаза. Мэтью внимательно рассматривал ее… там.

Вероятно, это должно было вызвать у него отвращение.

Но ее это возбуждало до крайности.

Порядочная женщина должна была бы быстро сдвинуть ноги, отодвинуться, прикрыть чем-нибудь себя:

Правда, порядочная женщина никогда бы не оказалась в этой постели.

Его пальцы сильнее впились в ее бедра. Мгновение, и его голова склонилась совсем близко ее лобку. И Грейс даже ощутила горячее дыхание Мэтью. Вдруг он прижался своим ртом к ее складкам.

Это было уже слишком. Она лежала совершенно неподвижно, не зная, как ей следует поступить.

Его рот оказался очень горячим, она чувствовала, как быстро и энергично движется его язык. Ее тело как будто обожгло огнем.

Она не должна позволять ему делать это. Именно так в ее глазах выглядел порок. Грейс протянула руки и попыталась остановить Мэтью, но ее руки были такими слабыми, такими мягкими… Она слегка приподнялась и с ужасом посмотрела на него.

Он поднял голову и тоже взглянул на нее. Его рот был влажным, он ярко блестел в свете свечей.

Это была ее влага.

Она вздрогнула.

Нет, это не было отвращением, но Грейс не могла понять, что же именно она испытывала сейчас. Она и предположить не могла, что мужчина может делать это. Что мужчина может захотеть делать это. Она ведь искренне полагала до сегодняшней ночи, что мужчина должен был только входить в женщину, и все. И никаких излишеств и отклонений.

– Ты не можешь! – Она приподнялась на локтях.

– Но почему? – Его глаза туманились от удовольствия.

– Это… это неправильно, – пробормотала она, чувствуя, что выглядит в его глазах просто дурой.

– Но разве тебе не приятно? – с улыбкой Мефистофеля на губах спросил Мэтью.

– Вовсе нет!

Его бровь приподнялась и насмешливо изогнулась.

– Неужели?

– Правда! – проговорила она, задыхаясь.

– В таком случае надо попробовать еще раз, чтобы ты смогла удостовериться, что не ошибаешься. – Мэтью рассуждал до странности рационально для человека, который только что делал… это. – Неужели тебе не любопытно? А? Мне вот очень даже любопытно.

– Любопытство может завести человека совсем не туда, куда надо. – Она снова легла на спину. Господи, ни одна порядочная женщина не позволила бы с собой так поступать.

А она вот позволила. Впрочем, она уже не была порядочной женщиной. Сегодня она перестала быть порядочной женщиной, достопочтенной вдовой, благопристойной леди. Сегодня она стала любовницей сумасшедшего.

Любовница сумасшедшего не откажет своему сумасшедшему ни в чем, даже если что-то ей кажется странным или просто извращением. Любовница сумасшедшего охотно удовлетворит любую его прихоть."

"– Ты продолжаешь думать об этом. Я чувствую это. – Его пальцы чуть сильнее сжали ее бедра.