Бездушный

Пока слушаю гудки, волнуюсь, как ребенок. Будто мне снова надо отпрашиваться у папы погулять.

Грызу ногти. Гадкая привычка, но, когда волнуюсь, я это не контролирую. Одергиваю пальцы, чтобы не подавать плохой пример ребёнку.

— Да. Что случилось? — недовольно спрашивает мужчина. А я сглатываю. У него такой холодный и грубый голос. Теряюсь. — Что с Артёмом?

— С ним всё отлично, — наконец прихожу в себя. — Мы пообедали, позанимались, — лгу. Надеюсь, меня за это не уволят. — По расписанию – прогулка, но он не хочет гулять, — объясняю, тараторя.

— И? Ты настолько неквалифицированная, что не знаешь, как уговорить ребёнка? Предлагаешь приехать и сделать это мне? — в голосе претензия.

В идеале – да. Предлагаю приехать и уделить время сыну. Но это я проговариваю про себя. А вслух говорю другое:

— Я предлагаю иной вариант. Здесь недалеко супермаркет. Можно мы поедем и вместе купим продукты?

— Если вам чего-то не хватает, напишите список Ивану, он привезет! — отрезает мужчина.

Вздыхаю, собираясь с силами, потому что пацан уже приносит куртку и шапку. Назад дороги нет.

Эх, говорила мне мама: сначала спрашивай, а потом делай.

— Дело не в этом. Мальчику нужна смена обстановки. Бытовые дела идут на пользу детям, — с умным видом заявляю я.

— Какая польза от похода в магазин? Что вы будете делать?

Тяжёлый человек!

— Мы возьмем специальную детскую тележечку с ярким флажком и пойдем вдоль полок, весело выберем макароны, фрукты и овощи, то, что любит малыш, а еще купим что-нибудь вкусное, чем порадуем Артёма. Вкусное и полезное, — уточняю я. — Ну вы что, никогда в детстве не любили ходить с мамой в магазин?

Про маму – это я зря. Слышу на том конце тяжелый, глубокий вдох. Пауза затягивается. И в моей голове уже несутся мысли о том, как я сейчас буду оправдываться перед Артёмом и мы никуда не пойдем.

— Хорошо, поезжайте. Ненадолго. Иван будет вас сопровождать. За покупки тоже расплатится он, — четко выдает мужчина и сбрасывает звонок.

Выдыхаю, словно совершила подвиг.

— Одеваемся, — радостно сообщаю Артему. Пацан хватает свои вещи и несется в прихожую, а я – за ним, почти вприпрыжку.

Папа разрешил нам погулять. Никогда не думала, что в свои двадцать три года буду этому рада.

Глава 4

Роберт

Четыреста семнадцатый день без тебя...

Не понимаю, откуда я знаю точную дату. Никогда намеренно не вел подсчёт. Просто знаю, и всё. Во мне тикают часы, которые всё дальше и дальше отдаляют меня от супруги.

Как тебе там без меня? Уверен, что хорошо. Ты обрела покой и умиротворение, а меня оставила жить в этом аду с вечной ноющей невыносимой болью. Это тоже похоже на хроническое заболевание. Жить можно, даже долго, возможно, но с постоянной монотонной болью в груди. Иногда хочется наживую вырезать у себя тот орган, который болит.