7
0Я даже нормально поела. Мне не понравился запах духов стюардессы, токсикоз дал о себе знать.
Я замираю напротив кушетки, стесняюсь снять с себя трусики, жду пока Леон выйдет из кабинета. Но мужчина не торопится. Подперев собой стену, сложив на груди крепкие ручища, он с любопытством сверлит в меня взглядом. Щёки начинают полыхать от смущения. Раздеться при нём. Сейчас? И при постороннем человеке?
– В чём дело, Клубничка? Ну же, смелей, я не кусаюсь. Стаскивай с себя трусики, ложись на спину и разводи ножки.
Надеюсь, узист ничего не понимает по-русски. Иначе, я прямо на его глазах превращусь в рака. От стыда.
– Конечно. Как только ты выйдешь за дверь, – хмыкаю я, гордо вздергивая подбородок. – Я это непременно сделаю.
– Стесняешься? Пф-ф, – нахал фыркает, закатывая глаза. – Я уже видел твою киску. Так что раздевайся. Ты сделаешь это прямо сейчас! Или я сам это сделаю! – рыкает, угрожая.
– Нет! Сама. Я сама… – я наклоняюсь и небрежно стаскиваю с себя бельё. Между тем я чувствую на себе жар. Его черных, наглых глаз. Я снова становлюсь добычей свирепого ненасытного на секс зверя.
– Я тебя не оставлю наедине с другим мужчиной. И я хочу посмотреть на своего наследника, – голос Леона насыщается хрипом. Он что? Он возбудился?
Машинально я опускаю взгляд чуть ниже, на область ширинки. У меня пересыхает во рту, когда я вижу впечатляющий бугор, размером с банан, который натянул до треска светло-серую ткань модельных брюки мужчины."
"– А если это будет девочка? – стараясь не обращать внимание на эрекцию Леона. Я дышу размеренно и ложусь на кушетку, чуть развожу коленки, задирая выше сарафан. Промежности касается что-то холодное и длинное. Диагностика началась.
– Не будет! – в голосе мафиози чувствуется едва ли не злость. – Сына родишь. И точка.
Сына ему родишь… Я что волшебная палочка? Рожать должна по заказу? Возмутительно. Хочется съязвить ему, что сын родится или дочка, зависит только от того, какого головастика он направил в мою матку. Но я вовремя решаю прикусить свой язык, чтобы не злить монстра.
Леон кажется мне даже напыщеннее, чем я могла его знать до сегодняшнего дня. Он кажется нелепым. Но наши судьбы изменились, как и отношения – теперь я не просто его постельная игрушка, но мать его будущего ребёнка. Поневоле проникаюсь трепетом.
Пока врач обследует меня, мы оба молчим и больше не пытаемся язвить друг другу, потому что утыкаемся в экран монитора. Узист о чем-то бурно распинается перед Моретти, что-то рассказывает, тыкая пальцем в монитор, но я как обычно и слова не понимаю. Сжав кулачки смотрю на крохотный чёрный след на экране. Размером с горошину. Это и есть мой будущий ребёнок? Какой же он ещё маленький!
Моретти коротко кивает.
– Si, si, – повторяет. Серьёзный такой, деловой.
