9
0Я хорошо знаю, что меня ждёт. Это меня уже не пугает. Неужели я так быстро привыкла к роли его игрушки? Но правда в том, что я жду этого не меньше него. Он берёт своё и мне нравится, как он это делает. Прогибает, вертит, надавливает. Не спрашивает, но даёт то, о чём бы я постеснялась попросить вслух.
Леон безошибочно ориентируется в длинных коридорах и толкает одну из дверей. Спальня. Огромная кровать, застеленная светло-бежевым покрывалом с пушистыми квадратными подушками. На стене живописная картина с разрушенным городом. Помпеи? Как тематично, со вкусом. Это всё, что я успеваю рассмотреть. Потому что Леон, не церемонясь, нагибает меня над кроватью, будто даёт мне понять, зачем я здесь, в первую очередь. У него жмёт в штанах. Или я себе накручиваю, или реально слышу треск ткани. Пора приниматься за дело. Работать, для того, чтобы осуществить мечту сестры. Нет. Не так. Чтобы спасти жизнь любимому. Да! Я пойду на всё, ради Серёжи. Даже лягу под бандита. Потому что ставлю жизнь своих близких ценнее своей. Отдать честь и жизнь ради кого-то – сильный поступок.
– Лицом вниз! – командует хрипло. – И ноги расставь пошире!
Я исполняю приказ Моретти и непроизвольно приподнимаю попку выше, оттопыривая её так сексуально, чтобы он хотел меня ещё больше. Чтобы разум его затмить, чтобы подобраться к его тайнам ещё ближе. Я должна стать искусной любовницей и через похоть получить его доверие. Точнее, я должна… украсть сердце бандита.
Шлепок! Сильный и резкий. Над ухом взрывается грозный приказ:
– Будешь делать только то, что я тебе скажу!
Шорох. Он сбрасывает с себя одежду. А с меня срывает. Рвёт тонкий сарафан как салфетку. В клочья. Сумасшедший зверь! Как будто только что из джунглей выполз и не научился манерами. Но меня заводит его дикость под налётом цивилизованного мужчины. В деле он именно такой – подавляющий. Властный. Жёсткий.
Леон обхватывает мои бёдра и приставляет головку члена к пульсирующим жаждой, влажным складкам. Я всё ещё возбуждена. Петтинг на парковке лишь подстегнул мою похоть, заставляя изнывать в ожидании большего.
– Покрути задницей… Насаживайся!
Он сначала показывает, как надо. Его крупная головка давит на меня, протискивается внутрь лона. Я испускаю громкие, утробные стоны и царапаю ногтями покрывало. Леон перехватывает мои запястья, фиксирует их за моей спиной. Жёстко сковывает пальцами, как наручниками.
– Насаживайся… – повторяет ещё раз.
Я начинаю усердно вилять бёдрами. Я никогда не танцевала восточные танцы, но сейчас я так яро кручу попкой, будто достигла высот в танцевальном искусстве. Он всё глубже и глубже. Перед глазами возникают чёрные мушки, и хочется кричать. Моё лоно туго наполняется его членом.
