Бабий ветер

Так не проще ли, не честнее ли были допотопные общества каких-нибудь вавилонян, ассирийцев, римлян, греков или персов? Да и диких орд варваров, подчинявших себе все и всех окрест. По крайней мере, в них было куда меньше ханжества.

…Ничего, что я морочу тебе голову своими идиотскими размышлизмами? Наверное, я просто дураковатая старая швабра, возомнившая себя философом? Но – страшное рассветное время между тремя и пятью утра, от него спастись непросто, загасить его можно только такими вот праведными мыслями на «общественные темы», и – боже мой, как мы похожи на своих стариков! – при этом я всегда вспоминаю отца, который утро свое начинал с какого-нибудь умозаключения, клюнувшего его в лысое темечко где-то между тремя и четырьмя ночи. Словом, это мое спасение: такая вот общественная постирушка."

"Да, так насчет устройства древних обществ. Возьми такой почтенный институт в жизни правящей мусульманской элиты, как гарем. Тут на днях в интернете попалась мне статейка о том, как замечательно, оказывается, все было устроено в гареме султана Великой Османской империи, как приятно, обходительно и великодушно по отношению к женщине. Как стремились знатные папаши продать дочку в гарем, ибо, кроме респекта и уважухи, была это гарантия обеспечения богатой изнеженной жизнью. И неважно, что дочку он не увидит до конца своих дней; и неважно, что из гарема ей высунуться будет некуда; и неважно, что престарелый султан может ни разу и не одарить своим вниманием девушку, ибо, как любой пожилой и нездоровый человек, он предпочитает засыпать под боком у своей престарелой главной супруги, главной гестаповки его женского царства. Все это неважно, ибо одаривал своих жен и наложниц султан так щедро, по-царски, что самым страшным для них наказанием была угроза изгнания из рая.

Читала я эту агитку за их мусульманский женский рай, и едва самой в гарем не захотелось… но тут я добралась до такого вот незначительного факта: дочерей своих владыка очень любил (если, конечно, узнавал в лицо) отдавал в жены самым-самым знатным вельможам, и сына-наследника тоже весьма лелеял и холил. Зато других новорожденных мальчиков евнухи тихо забирали от рожениц и… душили или топили, это уж как там оказывалось сподручнее. И султана можно понять: наследник-то должен быть один, правильно? К чему нам распри и борьба за престол?

И мое проклятое воображение (теть-Таня говорила: «Тебя и уносит в небо хрен знает куда, потому что на земле нормально жить не можешь!») – мое, говорю, воображение мгновенно рисует такую вот несчастную девчонку лет пятнадцати, которая выносила дитя и в муках его родила, и никогда больше его не увидела.