Будешь моей

Меня трясет, рваное платье свисает клочьями, а я мечтаю лишь о том, чтобы все закончилось.

От нервного перенапряжения я все же проваливаюсь то ли в дрему, то ли в беспамятство. Прихожу в себя от громкого скрежета двери.

- На выход, красотка, - слышу совсем рядом, после чего в лицо бьет яркий свет.

Непроизвольно закрываюсь рукой, от чего платье соскальзывает с плеча, и один из охранников довольно присвистывает.

- Уже решила оголиться?

Тут же опускаю руку и жмурюсь. Но прийти в себя мне не дают. Подхватывают под руки и куда-то тащат. Я едва успеваю перебирать ногами. Сил почти нет, меня трясет после холодного подвала, и я вообще мало что соображаю. Вынужденная прогулка заканчивается просторным помещением, куда меня буквально впихивают.

- А вот и предмет договора, - раздается голос Юсупова, и внутри все обрывается.

Договора…

Он решил меня тоже продать? Отдать? Или подарить?

Все это проносится в мыслях за какие-то мгновения. С огромным трудом поднимаю взгляд, чтобы оценить происходящее, и замираю, едва не задыхаясь.

Потому что в комнате, кроме самого Юсупова, находится незнакомый мужчина с холодным пронизывающим взглядом. А рядом с ним - Карим…

- 20 Карим -

Виктор довольно обстоятельно пересказывает брату суть моей проблемы, а тот молча выслушивает. И только в конце задает всего один вопрос:

- Какова вероятность, что замешан он?

При этом Алекс будто и не замечает меня. Разговаривает только с братом. Кто он-то?

- Процентов девяносто.

Младший Воронцов кивает, словно и не сомневался в ответе. Затем оборачивается, наконец, ко мне и снова проходится оценивающим взглядом.

- Полагаю, в клубе есть камеры?

- Есть. Записи скоро будут. - Стоит мне договорить, как приходит сообщение от Макса. - Видимо, уже готовы.

- Отлично. Поехали, - командует Алекс и поднимается из-за стола. - У вас десять минут, - бросает, перед тем как выйти из кабинета.

Я уже встаю вслед за ним, когда Виктор удерживает меня.

- Карим, погоди. Не так быстро.

- Но…

- Поверь, несколько минут погоды не сделают. Но кое о чем поговорить стоит.

Я, конечно, не согласен с этим утверждением. Но понимаю - выкобениваться с таким как Воронцов - себе дороже.

- О чем?

- Мой брат - человек непростой. С ним бывает сложно. Но если он сказал, что поможет, то не сомневайся - поможет.

- Вообще-то он пока ничего не говорил, - замечаю я.

- Вот это я и имею в виду. С Алексом работать… хм… возможно, не очень комфортно. Но он отличный специалист. Он действительно может помочь.

- Чем он занимается?

Виктор едва заметно усмехается.

- Скажем так, раньше он работал в верхушке разведуправления. Теперь ушел в свободное плавание.

- То есть в коммерцию? - уточняю очевидное. - Открыл свою лавочку?

- Можно и так сказать. Я говорю тебе это только для того, чтобы ты понимал - спец он хороший. Можно сказать, лучший.