Затерянные земли

– Не бойся, я Мечехвосту не скажу, – поддержал он шутку.

Сестра вновь расхохоталась и принялась пересказывать какой-то смешной разговор с Мечехвостом. Синь был только рад уйти от опасной темы отношений шелкопрядов с ядожалами. Запретная любовь – это было ещё мягко сказано. Преступная скорее. За такое полагалась смерть.

Длинный коридор постепенно расширялся и заканчивался развилкой. Дорога направо вела к Саду мозаик, куда они обязательно сходят потом – это самое любимое место сестры.

А пока драконята спустились на три яруса, пройдя ещё два поста стражников и показав браслеты.

Внизу было теплее, солнечные лучи просачивались сквозь стены, озаряя всё вокруг янтарным сиянием. Ульи строились из древокамня – особой смеси перемолотой древесной массы, клейкого шёлка, глины и других составных частей, о которых Синю предстояло узнать, если его отправят в строительную команду. Стены выглядели тонкими, словно картон, пропуская свет, но в то же время не уступали самому прочному дереву. Пол под лапами был сухим, шершавым и ровным, лишь кое-где попадались бугорки – признак неаккуратности рабочих.

Строительство началось ещё в древние времена, когда леса густо покрывали всю Панталу, но с тех пор их почти извели, и единственным источником древесной массы стали чахлые кустарники, едва пробивавшиеся сквозь иссушенную землю равнин. Теперь, чтобы надстраивать и расширять ульи, приходилось выламывать лишний материал из старых помещений – тяжкий и унылый труд, которым обычно занимались те, кто хуже всех учился в школе. Такие, как Мечехвост.

Синь очень надеялся избежать подобной участи. Работать с шёлком куда приятнее и интереснее.

К примеру, плести, как мать, прочные и красивые сети в небе над ульями – почти архитектура или даже искусство! Всегда старательный и послушный, он, конечно же, заслуживал лучшего, чем работа на стройке."

"Наконец Луния в последний раз свернула налево, и драконята оказались на главном рынке улья Цикады. Широкая площадь под огромным куполом кипела жизнью. Лучшие магазины помещались в постоянных шестиугольных ячейках вдоль внешней стены, а посередине теснились лотки и прилавки торговцев помельче. Над головой во всех направлениях пересекались витые шёлковые тросы, увешанные жёлтыми и оранжевыми фонарями, словно ожерелья из крошечных солнц.

Как всегда, на балконах и галереях над рынком дежурила стража, зорко приглядывая за снующей внизу толпой. Солдаты держали в лапах длинные игольчатые копья, похожие на смертельные жала, что скрывались в лапах у королевы Осы. Синю ни разу не приходилось видеть, как она их выпускает, только на плакатах и настенных росписях, которых и здесь, на рынке, было множество.