2
0Большая часть пацанов ушла в дальнее плавание, и нагрузка на общак ослабла, а значит, на жизнь хватало всем. Может, и не вольготно им в этой тихой гавани, зато безопасно. И только Семен мог встряхнуть это болото. Что, в общем-то, нетрудно было сделать.
– Кит, ты не кит. Ты жук навозный. У тебя под каждой лапкой навоз. Мягко тебе и тепло. Дерьмецом, правда, воняет, но ты к этому привык...
Честно говоря, Семен не знал, как себя вести в этой ситуации. Можно было наехать на Кита, предъявить ему за ментов, которым он его сдал. Но уж больно тот мягко стелет. Скажет, что он здесь ни при чем, а доказательств у Семена нет. А вокруг свои пацаны, не враги какие-то, с которыми можно не церемониться. Их голыми предъявами не проймешь.
Впрочем, была у Кита больная мозоль, на нее Семен и надавил.
– Ты с Осмолом разобрался? – резко спросил он.
– Хотел разобраться, но не смог, – с сожалением развел руками Кит. – Не нашел его."
"– А может, очко сыграло?
– Нет.
– А у Осмола не сыграло. И у Самокура тоже. И нож мне под ребро вставили. Еле выжил...
– Извини, – с досадой вздохнул Кит.
– И это все, что ты можешь мне сказать?
– Не все... Ну, не смог я развернуться. Не смог!.. Хотел, но не получилось. Не мое это!
– Что «это»?
– Слишком круто там все заварилось. Осмол этот, Нахрап... Не захотел связываться... Побоялся! – собравшись с духом, признался Кит.
– Дальше что?
– А дальше пусть братва решает. Если тебя рулевым поставят, слова не скажу...
Но братва не успела сказать слово. В кабинет ворвался взволнованный Ревень и сообщил, что солнцевские подъехали.
– Как приедут, так и отъедут.
Кит полез в ящик стола, достал оттуда кастет, насадил его на пальцы. Он был похож на фронтового офицера, который самовольно увел свою роту с боевых позиций и теперь готов ответить за это, с отчаяния и в одиночку бросаясь на вражеские окопы.
– Это, говорят, Наташку привезли...
В коридоре послышались тяжелые шаги, открылась дверь, и в кабинет ввалился Слоняка.
– Сэм! Братан! – восторженно вскричал он.
Виделся сегодня Семен с его дружком Свиридом, но тогда все было слишком серьезно, чтобы разводить с ним разговоры. Он тогда по скользкой тропке шел и от любого неосторожного движения мог дать в слабину... Но теперь ему ничего не мешало выразить свою радость от встречи с лагерным другом.
– Слоняка! Закабанел ты на вольных хлебах!
Они обнялись, потом какое-то время стояли, упираясь друг в друга лбами. Такой у них в зоне был ритуал, и они не собирались отказываться от него на воле. И совсем неважно, что теперь они в разных командах.
– А мне Свирид звонит, поезжай, говорит, я твоего Сэма видел. Ну, я приехал, он мне девчонку отдает, вези, говорит, Сэму. И адрес назвал...
– Где она?
– Да в машине...
Пуп рванулся к двери, но Семен поймал его за руку, осадил.
– Сначала разобраться надо...
