За все спрошу жестоко

Так или иначе никто не последовал за ним.

Неспроста татарин взял с собой лист бумаги. Семен увидел его там, где и ожидал найти, – в сортире, в одной из кабинок. Через перегородку от него сидел еще один зэк – вернее, уже стоял, заправляясь.

– Слышь, брат, давай поговорим, – с жалким видом обратился к татарину Семен.

– Петух вокзальный тебе брат, – хохотнул татарин.

И оправленный уже зэк скривил губы в пренебрежительной ухмылке.

А татарин продолжал сидеть, растирая в пальцах уже мягкую бумажку.

– Я же не знал, что ты блатной, – с огорченным видом вздохнул Семен.

– Ты еще на колени стань, – презрительно хмыкнул татарин.

– Лучше раком! – глумливо гоготнул второй зэк.

Семен на него даже не глянул. И так ясно, что мелкая сошка. Да и не до него сейчас.

– Я не понял, Шмяк, тебе что, слово давали? – презрительно спросил татарин.

И зэка будто ветром сдуло. А Семен остался наедине со своим врагом. Лишь бы еще кого-нибудь ветром сюда не задуло.

– Это правильно, – как бы заискивающе улыбнулся Семен. – Заднице слова не давали...

Приближаясь, он сделал еще один шаг.

– Задница – это ты. И здесь, на параше, твое место.

– Лучше здесь... Только не убивай! – жалко всхлипнул Семен.

– Ну, ты и чмо! – повелся татарин.

И подпустил Семена на опасно близкое расстояние. За что и поплатился.

Семен напрыгнул на него, грудью наваливаясь на затылок, а рукой сверху вниз обхватил шею. Увы, у него не было заточки, поэтому приходилось надеяться только на силу.

Двигаясь назад, он стащил голозадого татарина с корточек на колени. Тот лихорадочно дергался, пытаясь вырваться из захвата, но Семен держал его мертвой хваткой.

Татарин пытался кричать, но из пережатого горла вырывался только хрип. Семен не стал ждать, когда враг задохнется, он пытался сломать ему шею, резко дергая ее на себя и вверх. И очень скоро это у него получилось.

На толчок он опустил уже труп. Удивительно, но мертвые уже пальцы по-прежнему сжимали клочок мятой бумажки. Может, она сгодится как пропуск на тот свет?..

Семен вышел из туалета, пытаясь успокоить дыхание, встал у фаянсовой раковины, открыл кран, неторопливо вымыл руки. Он отряхивал их от воды, когда в умывальник вошел тот самый зэк. И не один, а со своим дружком. Он хмыкнул, глянув на Семена. А в глазах разочарование. Похоже, он пришел сюда, чтобы посмотреть, как новичок унижается перед татарином, даже приятеля своего позвал, чтобы любоваться зрелищем вместе. Но, увы, с Семеном все в порядке, а его блатного недруга не слыхать."

"А вскоре они увидели татарина. И очень быстро сообразили, что он мертв. И побежали к начальнику отряда, чтобы сообщить о происшествии. Но Семену все равно. Подумаешь, умер человек от запора, с кем не бывает...

Глава 22

Начальник оперативной части нервно стучал подушечками пальцев по столу.