7
0
Тяжело вздохнув, я коснулась его губ и шепнула:
— Умоляю, следи за дорогой!
— Я слежу, — так же тихо произнес он, — по задним зеркалам.
— Ты невыносим!
— И за это ты меня почти любишь...
Засмеявшись, он отстранился. Мы снова замолчали, но надолго меня не хватило. Это пекло снаружи картара очень сильно напрягало.
— А какие у нас планы? — я откинулась на спинку сидения и вытянула ноги.
Знала бы, что так будет, надела бы юбку, а не штаны.
— Планы простые, — Шу пожал плечами, — убиваем мелкую шишку, чтобы на нас обратила внимания крупная шишка и решила пристукнуть. И вот когда придут по наши души, там и поговорим за дело.
Я сглотнула. Лучше бы не спрашивала.
— Луиза?
— М-м-м! — замычала я неопределенно.
— Ты же не боишься?
— Единственное, чего я боюсь — это потерять свою дочь. Или стать свидетельницей твоей смерти.
— О-о-о, — он довольно расцвел в улыбке, — значит, дорог!
Покачав головой, я отвернулась.
Проехав еще немного, Шу притормозил прямо на вершине бархана и повернулся ко мне. Я мгновенно напряглась. Прищурившись, этот несносный гурсан снова навис надо мной, заправил непослушную кудрявую прядку мне за ухо и шепнул, обжигая кожу своим дыханием.
— Ты перестанешь переживать, если я скажу, что с тобой в картаре сидит один из самых высокооплачиваемых наемных убийц Альмиры в отставке?
И-и-и? Вот после этих слов я должна перестать волноваться?!
— Надеюсь, ты мне счет не выставишь?! — с перепугу сболтнула и тут же мысленно дала себе затрещину.
Кто за язык дернул?!
— Ну, конечно, выставлю, прелесть моя, — ласково пропел Шу. — Ежедневный секс, трёхразовое пожизненное питание, минимум двое родных детей и ежедневный секс.
— Ты его уже называл, — выдавила я смущенно.
— Нет, Луиза, — гурсан довольно замурчал, — это два разных секса: один утренний, второй вечерний.
Сглотнув, я моргнула и еще раз напомнила себе великую мудрость древних: молчание — золото!
Поиграв бровями, он распрямился и дал мне время переварить все им сказанное.
И скажите мне, куда девался тот «сахарок», правильный и вежливый, в выглаженных рубашках и пиджачках. Где тот самый немного нудный безопасник, который, кроме как о природе и погоде, ни о чем более и беседы не вел?
Как он мог вдруг стать вот... этим озабоченным котярой?
Выдохнув, я задрала свободные штанины выше и всмотрелась в полосу горизонта. Там, на самом краю неба, виднелись мелкие яркие точки.
— Это город? — я указала пальцем вперед.
— Да, — Шу стал серьезнее. — На Магаре нет такого понятия, как поселение. Есть рынок. И там не только торгуют. Живут, женятся, рожают детей, стареют и умирают. Там работают, там же и отдыхают. Магар — один большой базар галактического уровня.
