5
0Но я не местная, я не могла воспринимать Извечный огонь так же естественно.
— Конвей, могу я попросить тебя?
— Что такое, Джейн?
— Может, сейчас не очень подходящий момент, но я не представляю, какой более правильный и что будет дальше.
Он аж остановился от удивления. Что мы можем сгореть, не вернуться, стать кем-то другим не приходило ему в голову. Он шел выдвинуть свои условия — оповестить о них. И все.
— Мне кажется, что я схожу с ума. В облике бога ты говоришь о себе, то есть мэре в третьем лице. Сейчас ты разговариваешь, как всегда. Не мог бы ты всегда быть собой? То есть не разделяться хотя бы в речи?
Он серьезно кивнул.
— Разумеется, милая. Я понимаю, что это непросто. Мне пришлось несколько часов провести в ступоре, осваивая воспоминания стихийной сущности. Богом себя называть я не готов… И то не все еще переработал.
Я запыхалась. Мы стояли на очередной площадке и целовались. Это плохой способ восстановиться дыхание.
— А как мне тебя называть? Джейн или Мария? Предупреждаю, что во втором облике ты для меня Лилия. Я могу бороться со своей потребностью звать тебя так, но это крайне сложно.
— Не борись. Просто будь целым, будь собой. Я готова узнавать тебя заново."
"Он, как всегда, легко подхватил меня руки. Его пряди щекотали мне нос и губы. Я закрыла глаза, но ступеньки вдруг внезапно кончились.
Мы зашли в небольшое округлое помещение. Вместо окна зиял разлом, откуда открывался вид на город, затянутый серой дымкой. Солнце сегодня тоже наполовину укрыла тонкая пелена смога.
На полу в центре еще одна дыра. На этот раз квадратная и выложенная кирпичом. Сакральные Горнила напоминали обычный грубый очаг. Чашу для костра, над которой каменщик не заморачивался так уж сильно.
Огонь в нем еще не горел, но его приближение выдавал свист и рев.
«Я не отдам тебя никому, — подумала я. — Не для того я перенеслась неведомо куда и постоянно дышу гарью».
Фиолетовое пламя вспыхнуло, и все вокруг перестало быть таким убогим.
Глава 111
Огонь из очага бил высоко и острыми зубцами почти касался закопченного потолка. Я, замерев, рассматривала то самое Пламя, источник всего. Не представляю, какие еще проявления имелись у Бездны, но в огненном исполнении она великолепна.
Поэтому не сразу приметила, что слева от очага примостился маленький чернявый человечек, ростом еще меньше Вышеслава — может быть, несимпатичный лесной эльф, если такие встречаются. Его уши сужались кверху и торчали из-под шапки жестких волос.
— Я Сатья, — представился он он без всякого поклона и не меняя позы. Сидел он на голых камнях, разведя колени, как йог. — Я глас Пламени. Не все из вас в состоянии слышать его.
— Странно, — пожал плечами Конвей, — я эпохами говорил с Бездной напрямую.
