Сибиряк. В разведке и штрафбате

Офицер!

Алексей прицелился и выстрелил. Попадания он не видел: после выстрела винтовку подбрасывает, и в прицел ничего не видно. Однако после по немецкой траншее забегали. Значит – попал! Но немцы, вероятно, восприняли его выстрел как случайный, потому что через полчаса на другом участке двое рядовых выбрались на бруствер и спокойно стали работать саперными лопатками. Немедля Алексей убил одного, а когда второй в страхе бросился в траншею, в последний миг успел застрелить и второго.

На выстрелы явился старшина.

– Шумишь?

– Троих убил.

– Да ну? – удивился старшина. – А не врешь?

– Берите бинокль – сами увидите.

Алексей уже приметил, что в час дня к пехотинцам идут из тыла разносчики пищи с термосами. Вот и сейчас он ждал этого момента. Как только он увидел их в прицел, тотчас сказал старшине:

– Смотрите левее – прямо перед вами на немецкой стороне куст. Разносчиков видите?

– Наблюдаю, – кивнул старшина.

Алексей щелкнул барабанчиком вертикальных поправок, взял дальность прицела и выстрелил.

– Попал! – неожиданно заорал над ухом старшина.

Максимально быстро Алексей сделал еще два выстрела.

– Попал! Ты гляди, попал! – восторгался старшина.

– А теперь уходим отсюда, и быстро! – остановил его Алексей.

– Это почему же? Мы в траншее!

– Немцы засекли, откуда я стрелял, минометами накроют.

Они успели отбежать по траншее метров тридцать, как послышался вой первой мины. Разрыв! За первой миной последовала вторая, третья… Позиции заволокло дымом.

Старшина и Алексей упали на дно траншеи. Пыль лезла в глаза, в рот, сыпалась за воротник.

– Обед я им испортил, – прокричал Алексей, – потому и злятся!

– Молодец, хорошо стреляешь! – старшина показал Алексею большой палец. Тот в ответ показал приклад своей винтовки.

– Что я, приклада не видел? – обиделся старшина.

– Зарубки видишь? Каждая зарубка – убитый немец.

– Ого! А чего же наград нет?

– Не заслужил."

"Минометный обстрел закончился. Они поднялись, отряхнулись от пыли. Но когда старшина узнал, что под минометным обстрелом погиб красноармеец из его взвода, он расстроился.

– Ветров, я, конечно, не против, чтобы ты немцев стрелял. Но сам пойми: каждый боец на счету, а из-за твоей охоты потери во взводе.

– Я в своем полку, как и положено снайперу, на «нейтралку» уходил. Даже если меня и засекут, огонь по траншее вести не будут.

– Так-то оно так, только разрешение у командира роты спросить надо – «нейтралка» все же. Вдруг ты к немцам перебежать решил?

– Я же от них сюда пришел, из окружения вышел. Мне проще и безопаснее было там остаться.

Старшина задумался.

– Нет, как бы чего не вышло. Если об этом узнает политрук роты или «особист», мне шею намылят. Разрешит лейтенант – пожалуйста, стреляй, а пока погоди.