Сибиряк. В разведке и штрафбате

Федор отдал Алексею пистолет, и он забросил винтовку себе за спину: на такой короткой дистанции пистолет куда как сподручнее.

Танкист был бледен, зрачки от испуга расширены. Только что он бил кувалдой по пальцу, смеялся над шутками товарищей; но мгновение – и они уже мертвы. Что сделают с ним эти страшные русские?

Федор с Виктором пока таскали трупы в лес. С немцами не церемонились, брали их за ноги и волочили по земле. Танкист это все видел, и от ужаса его совсем парализовало. Он облизывал пересохшие губы, руки мелко тряслись. «Жидок оказался на расправу! – разглядывая его, думал Алексей. – Как сам танк в бой вел, давил и стрелял наших, небось, в ступор не впадал!» Он брезгливо ткнул его носком сапога.

– Ауфф! Форвертс! – и показал на танк.

– Бойцы! В танк!

Красноармейцы неловко взобрались на танк, спустились в люки. Алексей взобрался на корпус танка и стволом пистолета указал немцу на люк механика-водителя.

Немец ловко, видно – не одну сотню раз проделывал это, привычным движением взобрался на сиденье механика-водителя. Алексей уселся рядом, на место пулеметчика-радиста.

– Давай! – по-русски сказал Алексей. Как сказать по-немецки «поехали», он не знал. Весь словесный запас немецкого языка у него – десятка два слов, которые нужны были в разведке.

Однако немец понял. Взвыл стартер, заработал двигатель. Танкист включил передачу, и машина тронулась с места.

В танке было шумно: ревел двигатель, громыхали гусеницы, через щели в люках пробивалась вездесущая пыль. Тесновато в этой железной коробочке, при проезде по неровностям танк трясло, и Алексей, так же как и оба бойца, уже набили на голове не одну шишку. Алексей пожалел, что не сняли с танкистов шлемы – они уберегли бы от ушибов. Но чего не сделано, того не вернешь.

Через полчаса они догнали колонну танков, ушедшую ранее, и пристроились сзади.

Колонна двигалась неспешно, километров двадцать – двадцать пять в час. Алексей раздумывал, как поступить дальше. Еще немного – и колонна повернет или остановится, прибыв на место, ведь передовая уже где-то совсем недалеко.

Один за другим танки начали сворачивать направо, на грунтовую дорогу. Когда подошла их очередь совершить поворот, Алексей ткнул механика-водителя стволом пистолета в бок и показал – езжай прямо. Танкист кивнул – понял, мол, и танк пошел прямо.

Алексей посмотрел в небольшое отверстие шаровой установки для пулемета. Грунтовка впереди была изрыта гусеницами танков, усеяна воронками от бомб и снарядов. Танк швыряло, как утлую лодку на волнах.

Впереди показалась линия траншей. Танк перемахнул ее, почти не заметив, лишь наклонился немного. Однако впереди их поджидал ряд колючей проволоки и еще одна траншея.