Сборник \

Сильно шумел ветер, погода начинала портиться. По небу уже бегали сердитые тучки. Блин, не люблю дождь! В душе понимаю, что хреновая погода — залог успешного выполнения задания. Но все равно — не люблю.

Так, вот и место заветное. Не спешим, присядем и послушаем. Фриц мой, ясен пень, сбежать отсель не мог. Я его на совесть связал, да и гранату настороженную продемонстрировал. Чтобы понимал, голубчик, чего ему ждать надобно, ежели рыпаться начнет. Однако… А если этот упертый прыгнуть или дернуться надумает, когда я к нему подходить буду? Может ведь, скотина знатная. Когда я уходил, так колодой ему ноги привалил, чтобы он сразу такой подлянки не учинил.

Памятуя его способность к ноговерчению, я мог предположить, что из-под колоды он вполне способен и выползти. И сидит сейчас на месте (благо что ходить не в состоянии) и ждет: когда я нарисуюсь? Он ждет, и я подожду. Прошло несколько минут, все было тихо. Что-то, однако, меня удерживало от движения дальше. Чутье? Я же не охотничий пес! А если разобраться — что тут такое мне не по душе? Но ведь что-то меня насторожило — что? Вот — опять! Что это? Звяканье металла? Откуда? Что тут звякает и почему? Немец ворочается? До него еще метров пятьдесят, да и чему там звенеть? Ну-ка, от греха подальше, обползем мы это место.

Продвинувшись метров на пятьдесят в сторону, я оставил лежащего (сидящего?) немца справа от себя и приблизился к источнику звука почти вплотную. Позвякивание доносилось из-за холмика. Поросший густым кустарником, он стоял перед выходом на небольшую полянку. И что тут у нас? Не видать ни рожна… еще метров десять, огибаем холмик слева.

Опа, из-под куста торчала пара сапог. Здрасьте — приехали! Кого тут еще черти принесли по мою душу? То, что неведомый сапогообладатель приперся явно за мной, сомнения не вызывало.

Подошвы сапог смотрят куда? В сторону кройцеровской лежки. Значит, ствол, ежели он есть, уставился в противоположную сторону — в лес. Туда, куда я и уходил. Немец это видел. Значит, сапогообладатель ждет именно меня. К немцу он лежит спиной, не опасается, по-видимому, ему он не страшен, значит — свой. Таким образом, мне он враг.

Сапоги немецкие, с короткими голенищами. Не старые, вон подошвы еще вполне годные. Следит за ними хозяин, значит, такую возможность имеет.

А кто тут имеет такие возможности? Немцы, кто ж еще? Местные в таких сапогах не разгуливают, не любят этого фрицы.

Тихо уползти? Оставить Кройцера неизвестным немцам? Да без проблем, это вполне возможно. Ничего особенно ценного про меня он не знает. Спецкоманду фрицевскую придется послать в задницу, теперь уже не до нее.

А если это не немцы? Наши разведчики в немецком тылу тоже в немецкие сапоги бывало что и переобувались. В этом случае мне огромный минус и выговор с занесением в пятую точку.