Сборник \

Я и сам-то про это место только сегодня и узнал — позор на мою седую голову!

— Когда это ты поседеть успел? — удивился я. — Что-то не вижу? Или красить волосы уже стал?

— Ну, не поседел, так поседею. Особенно если некоторые товарищи… — он выразительно посмотрел на Яковлева, — будут мне такие головоломки подбрасывать. Я ж не следственный отдел, товарищ генерал-лейтенант, у меня опыта таких расследований нет!

— У вас зато такой механизм в руках, любой следак от зависти удавится! — Яковлев потер ладони. — Давайте, что ли, в дом пойдем? Вечер уже, прохладно, а у нас и чай скоро поспеет.

— Это после. Сначала чай, потом дело, а там посмотрим.

Войдя в дом, мы расселись вокруг стола в каминном зале. Я уже привык тут обедать и ужинать. Завтракал я обычно на балконе второго этажа. Прибежавшие по телефонному звонку девушки быстро сервировали стол. Для Димки принесли чайник с травяным чаем, чему он был немало удивлен. Поднял крышку, принюхался…

— Надо же! Я как раз такой на работе и пью! Кто ж это меня заложил?

— У меня память на запахи хорошая. — Яковлев налил себе из другого чайника.

— Один — ноль! Тебе не предлагаю, извращенец, — покосился он на меня. — Ты этой прелести не понимаешь!

Я хмыкнул. Наша с ним пикировка по поводу того, кто и какой чай пьет, стала уже обычным ритуалом при каждой встрече.

Михайловский попробовал Верины плюшки.

— Вкусно! Мне бы на работу такого повара! А то у нас в столовой — как будто вчера училище окончили. Нет чтобы начальника какой-нибудь вкусняшкой порадовать. Гонят стандартное меню, никаких изысков.

Мягко говоря, он преувеличивал. Кормили у них в столовой — дай боже каждому!

Еще раз налив себе чаю, Димка, однако, пить не стал. Поставил чашку, чуть пригубив, и взял в руки ""дипломат"". Открыл, вынул папку и положил его около кресла.

— Ну, что, товарищи родные, готовы?

— К чему бы это? — Я подозрительно на него посмотрел. — Что ты еще придумал, страшный человек?

— Это еще посмотреть надо, кто из нас страшнее. Да и не я тут главный придумщик. Сценарист у нас тут, можно сказать, коллективный. Я бы даже сказал — международный!

Он расстегнул замок на папке и начал выкладывать на стол бумаги и фотографии.

"— Итак, что мы имели в начале всего этого дела? — он вопросительно посмотрел на нас. — Массу разрозненных фактов. Очевидно только одно — где-то произошла серьезная утечка информации. Зная ваше, товарищ генерал-лейтенант, ведомство, мне было весьма трудно эту самую утечку отыскать. Тем более что и про сам факт существования такой конторы я узнал относительно недавно. Поэтому в вашу внутреннюю кухню я не полез.