В известной мере этому поспособствовали и мы. Организовали ряд утечек информации, свидетельствующих о том, что и мы работаем именно в этом направлении. Вот они и закусили удила. Вопрос об их закрытии был поднят четыре года назад.
— То есть вы выиграли?
— Не совсем. Закрыто только это направление. Группа, работающая над мозгом, так же как и мы, осталась. О ней долго не было слышно ничего, мы предположили даже, что и их тихонько разогнали. Но, как показывают последние события, они целы и даже прибавили в весе, если так можно выразиться.
— И в чем же теперь состоит их цель?
— Я полагаю, что они пытаются повторить наш путь.
— Позвольте, а попытка моего захвата? Тут кто руку приложил?
— А вот это — ""мозговики"". Вы им нужны как пример удачного переноса сознания.
— То есть у них есть копия ""дневника Манзырева""?
— Достоверно это не установлено. Но, я полагаю, есть.
— Интересно у вас выходит, Александр Яковлевич. ""Транспортировщиков"" разогнали, однако они обладают возможностями творить тут беспредел. Не стыкуется как-то.
— Ну, из армии-то их не поперли? Отдел не сокращен, только свернуто одно из направлений работы. Они, может, и потеряли какие-то должности, но в системе остались. А значит, и возможности у них есть.
— Ну, хорошо, с этими разобрались.
— Для начала нам, Александр Сергеевич, надо понять, что есть такого особенного в вашем организме, что позволило совершить этот вояж? По окрестностям вы гуляли уже?
— Вчера прошелся. Так, посмотрел, погулял.
— ""Детсад"" видели?
— Что?
— Вон там, — академик махнул рукой в сторону, где я видел ""хитрый домик"". — Это филиал нашей исследовательской лаборатории. Он построен тут специально для проведения всестороннего обследования наших испытателей.
— ""Детсад"", надо же… Юморные тут у вас товарищи работают.
— Да уж! Что есть — то есть!
— Ладно, с юморными и общаться веселее.
— Так что, начиная с завтрашнего дня, будьте любезны туда. На всестороннее обследование. Посмотрим вас, подлечим, если нужно будет. Сами вы небось и не подозреваете, что у вас внутри происходит?
Вспомнив высказывание Кира, я рассказал об этом академику. Он воспринял это серьезно, слушал не перебивая. Несколько раз задавал уточняющие вопросы, на большинство из которых я не смог ответить.









