Сборник \

 — Так чем нас порадуете?

— Конфеты у нас есть… вкусные! Даже и вино… настоящее грузинское! Только вот не знаю, по вкусу ли оно вам будет?

— Отчего так? Если оно настоящее-то?

— Да… — директор лихорадочно соображал, прикидывая разные варианты развития событий. — Горчит оно иногда… уж и не знаю — отчего?

— Горчит? — удивленно приподнял бровь капитан. — Настоящее? Грузинское? Да ладно… быть того не может! Покажите!

— Сей момент! — заведующий обогнул молчавшего продавца и подошел к полкам. — Где ж оно… А! Вот, полюбуйтесь!

И, взяв бутылку за горлышко, он протянул ее капитану.

Непонятно, заметил это капитан или нет, но бутылку в руки взял осторожно, словно она была сделана из хрусталя.

— ""Киндзмараули""? И оно — горчит? — рассмотрев этикетку, удивился военный. — Мариночка, ты у нас вроде бы разбираешься… посмотри…

Невысокая девушка молча взяла в руки бутылку, шагнула чуть в сторону — поближе к лампочке, подняла, разглядывая на просвет.

""Валить их пора! Всех — и торгашей тоже! — мелькнула в голове главаря мысль.

А капитан, ничуть не подозревая о грозящей всем участи, вытащил из-за уха папиросу и повертел ее в руках. Поднес зачем-то к лицу, принюхался… помял пальцами…

— Штырь! Давай!

— Мяу… — спокойно произнес капитан. Поднес к губам папиросу — и внезапно дунул прямо в нее!

Вылетевший табак моментально забил глаза и нос стоявшего напротив бандита.

Бутылка в руках Марины дрогнула — и, описав в воздухе полудугу, долбанула донышком точно в лоб еще одного налетчика.

Вторая девушка внезапно присела — изящная ножка в небольшом сапоге… ощутимо въехала прямо по голени стоявшему рядом с ней Штырю. Что-то явственно хрустнуло. И бандит с воем рухнул на землю, зажимая руками сломанную ногу. Об пол брякнулся наган.

Внезапно оказавшийся в меньшинстве главарь судорожно ухватился за пистолет.

Стукнула дверь — на пороге появился майор.

— Стоять!

— Держи карман шире! — ""браунинг"" главаря уже приподнялся и ловил стволом цель.

Ках!

Майор стрелял, не поднимая своего оружия.

На груди бандита появилось темное пятно. Он согнулся, что-то прошипел…

Ках!

Дрогнули доски пола.

— Там, на улице, Маша еще одного сторожит — помогите ей…

— Франт! Сука… продался ментам, гад! — скорчившийся на полу Штырь приподнял голову. — Ни хрена… Недолго ты ноне побанкуешь — найдут тебя…

Ках!

— Остальные? — поинтересовался тот, кого назвали этой кличкой.