Сборник \

Там черным по белому указывалось на то, что вся внутренняя охрана объекта отныне осуществляется спецподразделением СС. Как и пропускной режим — он теперь совершенно не зависел от Берховена. Кого пропускать внутрь — это уже будут решать эсэсовцы. Подписи на документе однозначно свидетельствовали о том, что какие-либо попытки возражать совершенно неуместны и бесполезны. Гауптман просил инструкций, но что мог ему ответить Лахузен? Он не был готов к такому неожиданному повороту и ничего не мог посоветовать начальнику объекта.

Кто это?

Кому принадлежит сама идея об отправке СС на объект абвера?

Доложить адмиралу?

Мысль правильная — но что скажет на это Канарис?

Потребует объяснений?

Естественно, а что ему ответить?

Но делать нечего, докладывать все равно нужно…

Против ожидания, адмирал выслушал доклад молча и никаких критических замечаний в его ходе не сделал.

— У вас все, Эрвин?

— Да, экселенц.

— Так-так-так… — Канарис зачем-то переложил папки на столе.

Полковник только руками развел — что было говорить?"

"— Ведь я всегда подозревал, что фон Хойдлер — это тот еще мастер морочить людям головы! — Канарис сплел пальцы рук и, поставив локти на стол, подпер сплетенными пальцами подбородок. — М-м-м-да… И что вы теперь собираетесь делать?

— Экселенц, но разве в этой ситуации возможно вообще что-нибудь сделать? Доклады от профессора перестали поступать — он ссылается на руководство Аненербе, которое прямо запретило ему информировать кого бы то ни было, кроме данной организации…

— Это-то я понимаю.

— То есть? — опешил Лахузен.