Разбавленная кровь

Отец так ему доверял, что принял кого-то по его рекомендации? Сахе с трудом верилось. Посмотрел год, получалось, это еще до его рождения.

Что именно это могло означать, он пока не знал. Отложил этот вопрос, надо было обдумать, а потом изучить детально. Дальше он смотрел наиболее свежие данные по новым сотрудникам. И в большей степени даже, тех, кто имел внешний допуск.

Открытие, сделанное им, оказалось довольно неприятным.

При всей защищенности в хранилище довольно легко проникнуть извне.

Грузить сейчас этим Далгета, когда у того итак забот полон рот, Сахе показалось неправильным.

- Я задержусь здесь, - начал Саха.

Тот ему в отцы годился и все равно вздрогнул и вытянулся в струнку под его взглядом.

- В дальнейшем также возможно мое присутствие здесь в интересах политики и безопасности клана. В ближайшее время будет проводиться выборочная проверка работы отделов. Рассчитываю на ваше содействие и конфиденциальность.

Пожилой Наг сглотнул, кадык нервно дернулся, однако ответил четко:

- Да, разумеется, господин Саха.

"Хранилище находилось на территории, занимаемой кланом Черных Нагов, в шаговой доступности от резиденции главы рода. Однако Саха не стал возвращаться домой, а ночевал там же, в хранилище, только в открытой его части. Оттуда было удобнее наблюдать.

Находясь рядом, ему проще было обеспечить безопасность всего хранилища вообще и одной инфантильной девчонки, в частности. Которая на вечеринку собралась, никого тут не зная. Ее подружка и остальные нагини не показались ему достаточно надежной компанией, Саха вообще изначально не склонен был в такой ситуации кому-либо доверять.

Ночь прошла, а утром он приступил к выполнению своего плана.

Наиля опять чуть не проспала, потому что с ночи долго не могла улечься спать. Столько разных мыслей. И все они вертелись вокруг странного появления красавчика. Стоило его увидеть, как у нее тревожный червячок завозился в груди, отравляя страхом.

Зачем он приходил? Вдруг что-то не так с Лерой? Или с ее родителями?

О, при мысли о родителях она снова почувствовала, как вскипает в душе гнев. Достаточно было вспомнить слова Далгета:

""...этот вопрос уже решен.

""... это не я, а Саха""

Зачем, спрашивается, Сахе вдруг заниматься ее родителями? Если только не... Боже, ведь это для того, чтобы ее контролировать. Она же знает слишком много и может ненароком по глупости выболтать. Наиля мрачно усмехнулась своим мыслям, Саха всегда с презрением отзывался о ее умственных способностях.

Опять всколыхнулись все эти недавние переживания. Ощущение собственной ненужности, оно отрезало ее от глупых девических мечтаний как скальпелем.