Разведёнка

Понимаешь? С чего ты вообще это взяла?

- Моя дорогая, если женщина замужем, оба молодые и здоровые, беременность - это как бы естественное явление, - недовольно пожала плечами мать.

Снова это ощущение, что ее припирают к стенке. Кристина прикрыла глаза и отвернулась, пробубнив:

- Мы пока не собирались заводить детей.

В какой-то степени это была правда, потому что она хотела пожить еще несколько лет в свое удовольствие, а после того, что случилось, вообще говорить об этом бессмысленно.

Мама промолчала, а у Кристины прямо таки засигналило в мозгу - валить-валить-валить! И как можно скорее, пока за нее не взялись с пристрастием. Поэтому она состроила зеркальную улыбку, чмокнула мать в щечку и быстренько сбежала в ванную.

***

Мылась в душе, а у самой на душе кошки сребли. Вроде пронесло, отбрехалась, трудно сказать, поверила мама или нет, но оставила ее в покое. Кристина не обольщалась, это всего лишь временно. Просто разговор заронил в душе смутные подозрения.

Если честно, Кристина уже запарилась всем врать, в последнее время она только и делала, что сочиняла какую-нибудь полуправду. Попробуй потом не запутаться, кому что говорила. Наверное, все-таки надо записывать.

И закатила глаза, представляя, как это все будет выглядеть. Ага, а потом ей еще потребуется отдельная картотека, чтобы не путаться в собственных записях? Бред...

Может, лучше перестать врать? Но перестать врать тоже не получалось. Не готова она была пока еще взять и рассказать дома всю правду. Потому что стыдно, да и... Ну в общем. Не готова.

А подозрения, между тем, дозревали и обретали вполне конкретную форму. Сказанное мамой всколыхнуло беспокойство в душе. Кристина усиленно вспоминала последние две недели по минутам, и какие-то фрагменты из них выпадали. А что удивительного, такая нервотрепка! Странно, что она вообще продержалась.

Но нервы нервами, а секс у нее за это время был только с Белым. И это было настолько ярко...

- Пошшшел он! - замотала головой, разбрызгивая воду.

Хотелось задавить в себе память тела, с готовностью подсовывавшую ей все самое постыдное и сладкое. Но кому и когда это удавалось?

Ладно, она уже поняла, что бороться с позорными воспоминаниями бесполезно, попробовала рассуждать трезво и отвлеченно. Она все время до того и потом тоже была на таблетках. И он вроде как-то оберегался, урод проклятый.

Но чем черт не шутит... Раз в год даже незаряженный зонтик стреляет, говорят. А до месячных оставалось два дня. Вот и переживай теперь, как будто ей в жизни проблем мало!

В общем, весь остаток дня Кристина провела настороженная. Все время казалось, что мама на нее странно косится и как-то не так приглядывается. От нервов кусок не лез в горло и начал дергаться глаз. Не добавляли спокойствия и мысли о том, что Белый к ней своих горилл приставил.