2
0Да и мачеха могла бы попытаться оспорить брак, утверждая, что тот не настоящий, раз даже не было гостей и застолья!
А то, что милорд поспешил удалить виновницу торжества, говорит, скорее, о его заботе, чем о пренебрежении. Его светлость понимал, насколько для неё всё стремительно происходит, и видел, как сильно она этим измотана – и физически, и морально.
Отправил в покои – не наказание, не унижение! Наоборот, супруг предоставил молодой жене возможность прийти в себя, отдохнуть и выспаться…
«Надо будет завтра поблагодарить его за всё, – решила Есения. – А если он за ночь сумеет раздобыть одежду и новое бельё, то большего мне и желать нечего! Что до дальнейшей жизни в роли герцогини, то через несколько дней его светлость наверняка пожелает конкретизировать мои права и обязанности.
Проворно перебирая ногами, девушка добежала до комнатки горничной, хлопнула в ладоши, запуская световой шар, и огляделась.
Скромно, чисто и ничего лишнего!
Пузатый шкаф у стены, узкая, аккуратно заправленная кровать, сундук в углу, стул, стол, две двери.
За первой обнаружилась уборная с небольшой купелью. Справа от неё находился нужнОй стул, отгороженный от остальной комнаты тонкой занавеской."
"За второй дверью скрывалась бельевая – ровные ряды полок для постельного и столового белья.
Вот только полки почти пустовали – скатерть, две стопки салфеток, три подушки и запасное одеяло.
«Не успели заполнить. Видимо, герцог держал в тайне предстоящий обряд до последнего. Опасался, что я не решусь или не хотел, чтобы пошёл слух о новой невесте, – подумала Есения, возвращаясь в комнату горничной.
Девушка потянула на себя дверку и едва не захлопала в ладоши – нашла!
Раз, два… три платья!
Одно коричневое, такое же, какое, как она заметила, носили Аниса, Мирада и остальные служанки. Форма, значит. И два платья более светлых тонов – бледно-зелёное и серое. Праздничное и повседневное, но не рабочее.
Девушка внимательно пересмотрела все и, подумав, что на прислугу никто из знати обычно не обращает внимания, решила взять коричневое.
«Итак, форменное платье. К нему прилагается фартук… О, вот и он – на соседней вешалке!»
Сделав выбор, Есения отложила форму на кровать, а сама заглянула в сундук – надевать чужую одежду на голое тело не хотелось. Под неё сорочку бы! И панталончики…
Сундук не разочаровал, продемонстрировав небольшой запас женского белья. Увы, хоть и чистого, но ношеного.
